Special Forces

Объявление

.


{УНИВЕРСАЛЬНЫЙ ГАЙДБУК ПО ФОРУМУ}



Добро пожаловать на Special Forces!
Городское фэнтези, 18+, эпизоды.



ПАРТНЁРЫ И ТОПЫ


Рейтинг форумов Forum-top.ru Волшебный рейтинг игровых сайтов Black Pegasus Здесь живёт вдохновение...


О ПРОЕКТЕ | НОВОСТИ ПРОЕКТА | ЗАНЯТЫЕ ВНЕШНОСТИ И СПИСОК ПЕРСОНАЖЕЙ | КВЕСТЫ | ЗАДАНИЯ СФ | ШАБЛОНЫ ЭПИЗОДОВ | ПОИСК СОИГРОКА | ИГРОВЫЕ НОВОСТИ |


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Special Forces » 1900-2000 » Jeremiah the Peacekeeper


Jeremiah the Peacekeeper

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Jeremiah the Peacekeeper
Расскажи мне о завтрашнем дне.
1. Место действия
США, Чикаго. Гостиница среднего класса Hotel Delilah.
2. Время и погода
14 августа. 1923 г.
Ближе к полуночи.
3. Действующие лица
Исрафил, Джудит Бойд.

Заинтересовала бы Исрафила простая смертная? Врядли. Но эта смертная особенная.
Долгие годы ангелы ждали Пророка и получили его. Но она не хочет говорить, что видела.
Исрафилу выпадает шанс поговорить с ней. Она сама дала ему ключ от своего номера в баре на первом этаже.

0

2

Джудит пахла морем, мятой и апельсинами.
Эти запахи, наверное, впитались в неё в Греции, когда она жила на горе Афон и когда Бог выбрал её.
Она не знала почему. Предполагала, но не знала точно.
Возможно за то, как она верила. Беззаветно верила в хорошее, в Него, в Его милость и никогда ни о чём не просила, даже когда было больно, плохо, горько, унизительно, страшно. Когда она поднималась с самых низов, чтобы стать актрисой в мюзиклах.
Возможно за то, что, снискав короткой славы, не оставила ни родителей, ни друзей, а, помня откуда она, заработанное раздала.
Возможно за то, что отнял у неё сына. Случайно рождённый "бастард", обречённый страшным диагнозом: гемофилия. Она не бросила его и старалась сделать его короткую жизнь яркой, как лучи софитов, под которыми она продолжала петь и танцевать.
Возможно за то, что она отдала всё, что у неё было и, такая юная, уехала от всего к священной горе помогать монахам.
Это пришло к ней на рассвете. Она проснулась и неожиданно узнала то, чего не хотела бы знать. Ответы на вопросы, которые она не задавала.
Джудит несколько часов плакала у моря по людям, которых она никогда не узнает. Несколько часов мучительного немого "зачем?!" так и оставшегося без ответа.
Потом пришёл нечеловек. Ангел. Он сказал, что хочет знать, что она видела. Бойд отказала ему.
И они приходили часто. Куда бы Джу не бежала. Не только ангелы. Демоны, люди. Вопрос был одним и тем же. Они, наверное, думали, что ответ изменится со временем. Некоторые даже желали ей смерти, пытались влезть в неё, расковырять ей душу, но все их попытки были тщетны. Пророк должен рассказать всё сам. Не иначе.
И сегодня ей встретился тот ангел, которого она знала. Они играли в смешную игру, будто не знают кто из них кто, танцевали и даже выпили немного. И она пригласила его в номер, смеясь, будто заигрывая. Игра подошла к концу. Хватит.
Интересно, что он ожидает услышать? Ожидает ли откровения, пророчества, ответов?
Женщина курила у окна. Номер был хорош и вид из окна на город открывался чудесный. Её платье - длинным, цвета шампанского, с вырезом на спине. Она уже выглядела не по-светски: распустила волосы, сняла грим и пернатое боа. Только платье. Красивое.
А что ожидали остальные?
Что им надо сказать?
Что им даст это знание?
Ей оно не принесло ничего, кроме печали и самого факта не просто знания, а Знания. Иногда оно пополнялось, приходили во сне и наяву видения, мысли, чужие голоса.
Сигареты перебивали мяту.
Он открыл дверь. Женщина не повернулась.
- Я думала, ты не придёшь или приведёшь с собой свиту, - усмехнувшись произнесла Джуд, заправляя волосы за ухо. - Что скажешь?
Бойд медленно повернулась и оглядела его устало, но с блаженно-светлой улыбкой.
- Или лучше сказать, что спросишь? Удиви меня, Каратель Исрафил, чёрная мгла земли Египетской, - глубоко затянулась и выдохнула клубы дыма.

[NIC]Judith Boyde[/NIC]
[STA]I know. For sure.[/STA]
[AVA]http://s017.radikal.ru/i443/1608/9c/f86a70194779.png[/AVA]

0

3

История Виктора Морено была до зевоты банальной и короткой. Лишь один человек, чье имя осталось запечатленным на ее страницах, мог бы претендовать на звание этакого лучика солнца, ангела в белых одеждах, который ворвался в унылое и размеренное однообразие дней, принеся с собой ветер перемен и надежду на лучшее будущее.
Но будущее так и не наступило. Та же рука, которую Вик пожал три года назад, в баре, похожем на этот, в ночь, такую же, как сегодняшняя, поставила большую жирную точку в его существовании.
Человека звали Джозеф Уэйл. Для своих сорока пяти он выглядел превосходно. Превосходно было вообще все, что он делал. Так тогда казалось Виктору. Маленькая забегаловка на окраине, куда он пришел, чтобы после изнуряющего рабочего дня, проведенного за прилавком родительского магазина, спустить последние деньги на контрабандное дрянное пойло, никак не вязалась в его воображении с местом, где можно когда-нибудь встретить людей, подобных Джозефу. Но это произошло и одному создателю было известно, какая череда случайностей,  и случайностей ли, предшествовала их неожиданному знакомству.
Этот мужчина в дорогом костюме излучал такую представительность, словно только что сошел с предвыборного плаката, одного из тех, которыми пестрел город в 1920 году. Он был убедителен и каждое его слово с легкостью боевого снаряда рушило стену неверия и безысходности, которую Виктор возвел вокруг себя. Он предлагал работу с хорошим доходом, заверял, что не берет себе в ассистенты кого попало, и утверждал, что видит в Морено большой потенциал. "У тебя честные глаза, они не могут врать"— сказал он тогда Вику,— "Мне нужно, чтобы люди верили тебе. И они поверят".
Джозеф Уэйл или просто Джо, как он просил называть себя,  был гениальным аферистом и кидалой, едва ли не самым талантливым во всем городе, а то и в стране. Вик проработал с ним полтора года, и дела бы и дальше шли в гору, если бы один господин, которому они с Уэйлом втюхали блохастую дворняжку, выдав ее за очень редкую породистую собаку,  не оказался родней какой-то мелкой сошки из чикагского синдиката. Джозеф, вовремя почуяв запах керосина, умело замел за собой следы. Вику же повезло гораздо меньше.
Он не успел даже понять, что произошло.
Первое время Исрафил сильно сомневался, что это тело протянет долго. Три огнестрельных ранения, одно из них - в грудь. Организм восстанавливал силы очень неохотно, но все же мироздание, как выяснилось, было решительно настроено внести свои корректировки. Еще через пару лет не осталось ничего, кроме иногда дающей о себе знать хромоты и шрамов на плече и голени, и еще одного, которых располагался примерно на ладонь ниже наружного края левой ключицы. Но вряд ли стоило питать надежду на то, что весточки из прошлого больше не побеспокоят. Город принадлежал мафии. Опасные ребята, которые бесятся особенно сильно, когда кто-то, в кого они стреляют, не дохнет с первого раза.
Времени у него, должно быть, не так много. Но сейчас и здесь, стоя перед дверью, ключ от которой он держал в руках, Исрафил уверялся в том, что есть вещи, в которых ты просто не имеешь права отказывать женщинам.Например, приятная светская беседа, бокал вина или танец, пусть даже и грации в тебе ничуть не больше, чем в корове на льду. Женщины стоят того.Такие, как  Джудит Бойд, стоят даже большего. Гораздо большего. Так же, как когда-то Джозеф Уэйл, она, а точнее, само ее существование, давало надежду на то, что все может измениться и то, чего они все так давно ждут, наконец, окажется у них в руках. Но пока надежды оставались лишь надеждами. Ангел прекрасно понимал, почему эта женщина с таким упрямством хранит молчание. И знал наверняка, что оно - самая крепкая преграда на пути к желаемому.
Впрочем, такая ли уж крепкая? Главное, чтобы история не повторилась. Ведь на сей раз на кону куда больше, чем одна человеческая жизнь.
Ключ в замке застопорился пару раз, но все же повернулся. Напустив на себя вид святой непосредственности, Исрафил зашел в номер. В ответ на предположение Джуд он только и смог, что рассмеяться - хрипло, после выкуренной сигары, - и развести руками:
— Свита? Ты не шутишь? Я  похож на Великого Аля, чтобы таскаться повсюду с какими-то шавками? Ну, если так, то сочту это за комплимент. Хотя нет,— он закрыл дверь на ключ, подергал за ручку, и, улыбнувшись временной хозяйке апартаментов, страдальчески приподнял брови,— К чему этот официоз, Джуд? Каратель Исрафил, черная мгла, бла-бла-бла,— передразнив, при том совсем беззлобно, он подошел ближе и встал рядом с ней, опираясь рукой о подоконник,— Современная мода мне совершенно не импонирует. И с распущенными волосами тебе гораздо лучше, — он взглянул ей в глаза. Такой, без перьев и грима, в своей естественности она  нравилась ему гораздо больше. Словно добрая фея или волшебница из сказки. Да вот только сказка совсем не добрая,— Хотя ты знаешь, что я пришел поговорить  не о моде. Я пришел к тебе с нудным  разговором об ответственности,— со вздохом он облокотился плечом о стену,- Признаюсь, я сам ненавижу такие разговоры. Может, он станет занимательнее, если я использую сложную метафору. Ты знаешь, говорят, что молчание — золото. Но в твоем случае молчание — это не просто золото, а золотое прикосновение царя Мидаса. Поначалу все шло неплохо, но потом...ты ведь помнишь, что случилось с его дочерью, да?
[NIC]Victor Moreno[/NIC]
[STA]You don't say[/STA]
[AVA]http://s4.uploads.ru/t/zhpwd.jpg[/AVA]

0

4

Она рассмеялась. Потушила сигарету.
- Ты ведь можешь быть милым, когда захочешь, - умилённо произнесла девушка, подойдя к нему ближе и ласково проведя рукой по его щеке. - Я знаю.
Джу грустно выдохнула и обняла его. Эти объятия были не такими, какими любящая мать обнимает ребёнка. Не любовными и страстными. Не объятиями даже ребёнка с родителем, в которых он прячется от мира. Это был жест, отдающий усталостью, тоской и обречённостью. Они были крепкими и слабыми одновременно. Что-то на уровне подсознания.
- Мне так жаль, Исрафил. Мне очень жаль... Но никто не готов узнать то, что будет. Ты будешь так разочарован, что... Нет, я не могу так поступить.
Она отпрянула и схватилась за голову.
- Я же не просила этого. Я никогда этого не просила, - плача произнесла она, падая на колени. - Я не просила этого. Я не хотела этого видеть. И я не могу рассказать всё. Вы не готовы ко всему...
Девушка, прижав колени к груди, осталась сидеть на полу. Вот теперь она была ребёнком, который отчитывался перед строгим отцом за провинности.
- Я не хочу, чтобы ты Пал. Поэтому... прошу тебя, не оставляй надежды. Когда тебе будет казаться, что всё, что есть - это боль и страдания, ошибки и зло... Это не так. Это лишь малая часть того, что есть. Я знаю, знаю, будет война и не одна. Я знаю, что люди творят ужасные вещи и будут их делать... Я знаю, как вы все устали давать нам шанс. Как мы бездарно его упускаем, раз за разом... Я вижу, как мы упускаем его. Постоянно. И мне так больно, так больно...Это как сон, который ты продолжаешь видеть постоянно, наяву ли, закрывая ли глаза, молча или говоря.
Бойд плакала и становилась всё меньше, меньше, зарываясь в своё платье, ей хотелось уменьшиться совсем, исчезнуть, стать пылью.
- Ты должен был прийти сюда. Я должна была тебе рассказать... Но я не могу. Я же вижу, что ты не готов, я не понимаю. Я же знаю... Ты не справишься. Ты безгранично велик, любой из вас так велик... По сравнению с тобой, с вами, со всем этим миром, я так мала и ничтожна, а меж тем именно мне выпало знать, что будет. И что может быть. Вы так одиноки, можешь смеяться, можешь говорить, что это не так, но я знаю. Вы можете много раз обрести жизнь и прожить её, но вы всё равно остаётесь одни со своими печалями и горестями, как же мне жаль... Исрафил, мне так жаль... Если бы я могла, если бы моего тепла и моей любви хватило бы, чтобы согреть хотя бы одного тебя, я бы всё отдала за это. Но я ничтожество. Я всего лишь человек. Я душа, которая не имеет цены, которыми вы торгуете, размениваетесь, которыми вы дорожите, но не видите главного.
Джудит с трудом поднялась на ноги, пошатнулась. Фея стала походить на Золушку. Шмыгнув носом, она продолжила.
- Не видите главного. Того, о чём я не могу тебе поведать, но Он показывал вам и не раз. А вы... Вы ничем не отличаетесь от нас. Вы так же не видите дальше своего носа. Так же заблуждаетесь. Вы такие же дети, как и мы, просто вы старше... - Джудит вытерла слёзы. - Никогда не поздно остановиться. Запомни это... Пусть мой голос слаб, пусть для тебя я - пустое средство получения информации, запомни мои слова. Никогда. Не поздно. Остановиться... Никогда не поздно.
Она помолчала. Снова закурила.
- Вся суть моего пророчества в этом. Если всё будет так, как я вижу и не будет шансов, то явится новый Пророк, который будет знать, как всё закончить. Перед этим, мы встретимся вновь, если ты захочешь этого. Пробудится древнее зло. Одно за другим. Ты потом поймёшь. Но лучи надежды... Исрафил, пообещай мне, что разглядишь их. Обрати к ним свой взор. Хотя бы на мгновение. Прежде чем сделать выбор. Пообещай, что... просто посмотришь. Я знаю, что только ты сам можешь остановиться, но просто... Взгляни и на другие знаки. Просто посмотри...Я не прошу тебя ни от чего отказываться. Просто посмотреть... Увидеть. Если я не попрошу, ты никогда не увидишь и не узнаешь о них.
Девушка взглянула на него устало и вымученно. Трудно не сказать ничего, но в то же время сделать вид, будто всё всё уже сказано. Она не могла просто взять и вывалить всё.
- Тебе хватит или хочешь спросить что-то ещё?
[NIC]Judith Boyde[/NIC]
[STA]I know. For sure.[/STA]
[AVA]http://s017.radikal.ru/i443/1608/9c/f86a70194779.png[/AVA]

+1

5

Исрафил мученически поморщился. Вот такие они, эти женщины, вечно клюют на всякие милости, даже если ты и не пытаешься быть милым. Он показательно закатил глаза, но только для вида и шутки ради. Джудит должна была это понять. Она ведь понимала намного больше, чем могло показаться.
- Ты же помнишь, что на самом деле я бессердечное чудовище, не знающее пощады, да? - на всякий случай уточнил он, привлекая ее в свои объятия. Такие странные, не похожие ни на что другое, приносящие с собой тепло и одновременно - отчаяние и печаль, которые переполняли Джуд. Если бы можно было облегчить ее муки, забрав себе хотя бы часть всего невыстраданного и приняв на себя ее участь, Исрафил бы не задумывался. Но вот ирония, ангел, один из тех, к кому люди так истово и горячо взывали в минуту нужды, был не всесилен.
- Послушай, - это должно было прозвучать твердо и убедительно, но вышло отчего-то слабо и жалко. Чтоб тебя, да у него же была целая куча аргументов, призванных убедить Бойд в том, что она поступает неверно. Он едва ли не проповедь подготовил, пока шел сюда, и что теперь? Просто стоит и беспомощно смотрит на то, как она рыдает, сидя на полу. Его руки опустились, но дрожь в кончиках пальцев еще удавалось сдерживать. В чертах лица появилась жесткость, столь несвойственная прежнему обладателю этого тела, делая Виктора Морено совершенно непохожим на себя. Иступленное бессилие порождало злобу, но он не хотел, чтобы Джуд это видела. Подумает еще, чего доброго, что это она во всем виновата. Но разве она была виновата хоть в чем-то? Виновата ли в том, что она - обычный человек, хрупкое смертное создание, для которого дар свыше оказался ничем не лучше проклятья?
Исрафил слушал, не решаясь перебить, и не от того, что ждал, что она хоть полсловом обмолвиться о своих видениях. Нет. Он ничем не мог помочь, даже объяснить, почему именно ей уготована такая участь, не посмел бы. Все, на что он был способен - дать возможность выразить ту боль, которая терзала ее. Рассуждала она наивно, но в наивности этой было нечто такое, что находило отклик в естестве и самой сути ангела. Нечто, напоминающее ему, зачем он сам из раза в раз спускается на землю. Нечто, что позволяет ему в конце каждой из бессчетного числа жизней ни о чем не жалеть.
Неуклюже стянув с себя пиджак, он накинул его на плечи женщины и поддержал ее, когда она пошатнулась, вставая на ноги. Глупый жест, такой человеческий. В гостиничном номере даже холодно не было.
- Я знаю точно, чего не хочу. Я не хочу видеть твои слезы,- он положил руки ей на плечи и наклонил голову, заглядывая в глаза.- Я не хочу рассказывать тебе о том, что такое предназначение. Что кесарю - кесарево, что мы с тобой устроены...по-разному, Джудит. Нет, я скажу тебе кое-что другое,- Исрафил подхватил двумя пальцами красную гвоздику в петлице на отвороте, осторожно вытянул цветок и подал его Бойд, забрав у нее сигарету из рук.- Дай сюда эту мерзость. Так вот. Я проживаю свои жизни снова и снова, когда это необходимо. Мое присутствие здесь. Понимаешь? Трудные времена никогда не проходили, детка. Раньше не было лучше, трава никогда не была зеленее. Люди всегда творили ужасные вещи. И я знаю, что ничего не изменится. Но так устроен этот мир. Все вокруг, все, что ты видишь, существует до сих пор лишь благодаря балансу. Все стремится к равновесию. И его необходимо поддерживать. Для этого все средства хороши. И души - это не расходный материал, хотя тебе и кажется так.  Если бы все было так просто как ты говоришь, я бы давно уже открыл где-нибудь свою химчистку, придумал бы запоминающийся лозунг для рекламы вроде " В новую жизнь с чистой совестью", и не ломал бы себе голову. Но моя работа заключается совсем в другом. Это не вопрос надежды, веры в людей - а я верю в них и в то, что они нуждаются в нас. Но чтобы понимать, в какую сторону дует ветер, я должен знать. Я видел и слышал уже столько, что меня сложно чем-то удивить. А даже если и нет - неважно. На кону слишком многое. Способны мы выдержать это или нет - оно все равно произойдет. И когда это случится, я должен быть готов.
[NIC]Victor Moreno[/NIC]
[STA]You don't say[/STA]
[AVA]http://s4.uploads.ru/t/zhpwd.jpg[/AVA]

0

6

Джудит с тоской посмотрела на гвоздику, поджимая губы, давя печали и слёзы. Они расплылись в печально-светлой улыбке. Она покачала головой и встретилась с ним взглядом.
- Запомни. Когда-нибудь тебе... Может пригодиться эта информация. Джейн Доу. 23 сентября 1923 года. Цифры...с ними будет сложнее, но попробуй выучить. Пятнадцать, двадцать восемь, семь. Тринадцать, сорок, пятьдесят два.

Джуд коснулась рукой его щеки.
- Я расскажу тебе то, что могу рассказать. Не ради мира. Не ради себя. Не ради твоих братьев.  Для тебя, мой ангел.

Она закрыла глаза. Когда вновь открыла, её глаза будто бы выкрутились обратно. Руки безвольно опустились вниз и губы начали шептать части пророчества не её голосом, куда более низким, сиплым, с едва различимым эхом её собственного и ещё какого-то:

- Грядёт мировая война. Оружие, что убьёт ангелов и демонов существует и один из отцов войны передаст знание почти своему почти сыну, который почти умрёт. Всеобщее Падение и Вознесение случатся, когда узнает Гавриил о предательстве среди своих братьев и Падёт, распространяя неблагую весть. Два великих Царя сойдутся в убийственной схватке и в схватке этой лицо брата-предателя воссияет алым огнём. Дева Мария может дать жизнь Священному Граалю, если благословит отца этого дитя Левиафан, рожденное дитя их будут хранить те, чья суть в разрушении. Из Первых Врат в Иерусалиме выйдет Блудница, но без дракона своего, а дабы тот восстал нужна ей будет сила семи Блудных Сыновей Его. Едва сядет она на дракона своего, то помчится открыть Врата Вторые. И мучить будет Блудница вместе с народом своих тех, кто попадётся ей на пути... Архангел Исрафил утратит веру свою... Вернуть её сможет только он сам. Люди всё так же будут грешить и смирение с этим есть спасение. Коль простит Исрафил братьев своих и встанет на колени перед всеми братьями Михаил, коль случится примирение всеобщее, то жизнь людей преобразится... Грех можно предотвращать. Если всё станет необратимо, появится новый Пророк, но прежде старый снова появится, чтоб рассказать, что будет точно, а чего теперь не будет. Падение неизбежно, если дети Его не научатся любить друг друга и близких, по-настоящему сопереживать и не причинять друг другу боль...

Джудит затрясло и она, начав уже биться в конвульсиях, упала на пол.

- Не теряя надежды будет спасён мир, слушая Творца в своём сердце можно всё предотвратить...Ммф.. - её глаза резко выкрутились обратно и она, тяжело дыша села, укутываясь в пиджак Исрафила. - Это всё. Я не могу сказать тебе больше. Ты не готов. Это Он так сказал. И я говорю тоже самое.

Её лоб был весь влажным, а кожа покрылась мурашками. Бойд подняла на него взгляд.

- Я всё видела. Я видела всё. Я видела, как ты Падаешь, - она потянула к нему дрожащие руки, вся бледная. - Иди ко мне. Иди ко мне.

[NIC]Judith Boyde[/NIC]
[STA]I know. For sure.[/STA]
[AVA]http://s017.radikal.ru/i443/1608/9c/f86a70194779.png[/AVA]

0


Вы здесь » Special Forces » 1900-2000 » Jeremiah the Peacekeeper