Special Forces

Объявление

.


{УНИВЕРСАЛЬНЫЙ ГАЙДБУК ПО ФОРУМУ}



Добро пожаловать на Special Forces!
Городское фэнтези, 18+, эпизоды.



ПАРТНЁРЫ И ТОПЫ


Рейтинг форумов Forum-top.ru Волшебный рейтинг игровых сайтов Black Pegasus Здесь живёт вдохновение...


О ПРОЕКТЕ | НОВОСТИ ПРОЕКТА | ЗАНЯТЫЕ ВНЕШНОСТИ И СПИСОК ПЕРСОНАЖЕЙ | КВЕСТЫ | ЗАДАНИЯ СФ | ШАБЛОНЫ ЭПИЗОДОВ | ПОИСК СОИГРОКА | ИГРОВЫЕ НОВОСТИ |


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Special Forces » 2000-2020... » [phobia]


[phobia]

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

ЗАРИСОВКИ ОТ ПЕРСОНАЖЕЙ В РАМКАХ ОКТЯБРЬСКОГО УЖАСА

0

2

У Эрика нет фобий.
Ну, вот нет и все.
Ни высоты, ни клоунов, ни темноты. Казалось, у него даже инстинктивные, природные страхи отсутствовали. Это не значит, что он не испытывал страха вовсе, нет.  Но это все было создано случаем, никаких конкретных вещей. По жизни он встречал много различных людей, с самыми разнообразными фобиями. Обычными и немного странными, как например ужас перед звездами, и ночным небом. Наверное. он даже понимал, что заглядывая и представляя эту бесконечность вселенского пространства, человек может почувствовать смутное беспокойство и даже страх, но сам... Сам он бы не отказался бы шагнуть в эту нескончаемость. Мысли о чем-то не имеющем конца доставляли ему даже какой-то восторг и трепет. Сначала ты верил в это, буквально мгновение, а потом мозг заставлял найти  этому логический конец, завершение. Оно же и начало. Может, таким образом, он пытался обезопасить сам себя от подобных, слишком тяжелых и обширных мыслей? Но воображение все же снова стирало границы, путешествуя сквозь немыслимое.
Глубина, неизвестность. Одиночество, кровь. Отношения и акулы. Все чего-то боятся.
А Эрик вот нет.
Он всегда отшучивался и улыбался.
Разве что в одном единственном случае  дергано молчал.
Когда дело касалось пакетов.
Да-да, обычных пакетов.

Полиэтилена.

Это слово даже звучало как-то угрожающе в его голове.
Не то чтобы он их боялся, нет. Опасался. Это более правильное слово.
Этот материал так легко и плотно вошел в нашу жизнь, что мы его вовсе и не замечаем. Каждый держал его в руках, имеет дома.
Но...

Это случилось в конце восьмидесятых. Возможно. Потом Галлахер уже не мог сказать точный год. Это был небольшой городишко где-то в Виргинии. Люди там жили в своем неспешном, заторможенном темпе. События, размазывающиеся во времени, мелкие драмы, становящиеся вдруг центром бытия человека. Личность - одна на троих, а то и на целые группы.
Обыкновенно Эрик любил маленькие города. Но не в этот раз.
Крысолова занес сюда случай - сломались железнодорожные пути. На починку уйдут часы, нужно переждать. Он прогуливался по узкой, пропахшей рыбой и пресной затхлостью, набережной и пытался убедить себя, что ему вполне таки уютно и вольно на этих улицах. Странные надписи на стенах однотонной алой краской привлекали внимание, заставляли насильно читать себя: "Бессонница","Смотри за...","Помо...ги...те...". Последняя надпись стекала со стены на асфальт прямо под ноги Эрика. Он поежился.
Атмосферно.
Но все же когда уже починят пути?
Переполненные мусорки, потрепанные кафе, нарочито развязанные нравы. Люди хотели подражать столичным – их персональным богам. Даже галька на речном берегу казалась какой-то особо неприятной.
Ему не хотелось думать, что кто-то живет здесь постоянно.
Быть может выйти на главную улицу и сыграть?

Эрик вдруг услышал какое-то бурчание и повернулся к берегу. Там, склонившись над кем-то  или чем-то, стояло несколько человек.
"Что-то случилось?"
Крысолов вскочил на бордюр и спрыгнул на щебень, кривой походкой зашагав в их сторону.
Трое мужчин и одна девушка, все в темной, схожей друг с другом, одежде. Эрик подошел ближе, нахмурившись, оглядел все происходящее.

— Вам помочь?
Белесые, совсем прозрачные глаза были широко распахнуты. К склерам прилипла грязь, она же легкими мазками чернела на скулах, подбородке, точно оттеняя бледную ,голубоватую кожу. Темно-русые, влажные спутанные волосы комком под головой, отдельными прядями на сером берегу. Кто-то наступил на них, не заметив. Абсолютно мертва.
Один из мужчин ощупывал ее горло, расстегивая верхние пуговицы блузки. На коже виднелись фиолетовые кровоподтеки от чьих-то толстых, крупных пальцев. Профессиональные руки надавили на лоб, запрокидывая голову, открыли безвольный расслабленный рот. Внутри было что-то темное.

— Нет, парень, тут уже все.
Он подцепил что-то пальцами и принялся медленно вытаскивать из глотки. Пакет. Смоченный в слюне, желчи и грязи. Огромный комок, затолканный в самую глубь трахеи.
Эрик точно бы сам почувствовал это распирающее чувство в дыхательных путях.

— Господи, сколько там. Как он это сделал, явно не рукой.- Высказалась сидящая на корточках женщина, сплевывая сигаретную горечь на камни.
Наконец, пакет с тихим склизким чавкающим звуком вытащили и отшвырнули назад.
Эрик проводил его взглядом.
Даже не возьмут на экспертизу?
Голову отпустили и мертвая ударилась затылком об острые грани щебня.
— Ладно. Повезли уже. Дел ещё выше крыши.
Они закрыли девушку в полиэтиленовый огромный мешок, точно одели в мутный кокон.
И уехали. А Эрик остался. Остался тогда.
Постоял какое-то время и ушел отсиживаться в забегаловку через дорогу, выпивая одну чашку чая за другой, смешивая пуэр с виски, а виски с горькой паленой водкой. Собирая пальцами кристаллики соли со столешницы и молча поглядывая в окно на реку.

Пакеты не перевариваются землей. Человеческие останки гниют, тлеют, а полиэтилен остается, заражая природу, опутывая своим ядом корни не цветущих растений. Маленький порошок, горящий едким синим огнем.
Убивающий газ.
Дети любят баловаться, надевая друг другу полиэтиленовый пакет на голову и перекрывая сонные артерии вместе с воздухом на пару секунд. Тогда жертва падала в легкий быстро завершающийся обычно обморок. "Собачье счастье" или "собачье удовольствие", так это называлось.
Таким же способом убивали, так же, порой, и насиловали.
Хочешь быстро попасть в космос?
Не хочешь тогда  лишить себя кислорода?
На кассах в магазине всегда предлагают пакеты. Ты никогда не берешь с собой, даже если дома сотни других, валяющихся жалкими небрежными комьями.
Возьмешь, согласишься.
Чтобы у тебя было больше. Еще больше.
Отбросы потребления.
По пустынным улицам летают легкие, выкинутые кем-то или потерянные случайно, пакеты. Взлетая до верхних этажей, прилипая к ногам редких прохожих.

Поли.

Эти.

Лен.

Три дьявола, скрывающие свои ухмылки за честным взглядом. А что такое? Мы же обычные пакеты...
Созданные, чтобы стать твоей новой землей, чтобы уплыть в море, создать целые полиэтиленовые острова, чтобы заткнуть дыхало кита, запутать в своих смертельных петлях, стремящихся к воздуху морских птиц, чтобы схватить плывущую мимо черепаху.

Глупо, глупо, совершенно глупо опасаться чего-то такого.
Именно опасаться, конечно же, не боятся.

Эрик не боится.
Эрик не боится...
Эрик не боится, что когда-нибудь его тоже найдут с пакетом в глотке.
[NIC]Eric Gallagher[/NIC]
[AVA]http://s6.uploads.ru/pCgfk.jpg[/AVA]
[STA]5534535[/STA]

Отредактировано Iren (2017-10-07 17:09:25)

+2

3

Аарон стоял у окна и глядел на улицу, раздвинув жалюзи пальцами. Квартира Мэдоу была омерзительно засранной. Он не был самым чистоплотным Охотником в мире, но даже для него это было чересчур. Девица была чертовски хороша собой и трахалась отменно, именно трахалась, да, но, чёрт, весь этот мусор, просто отвратительно. Она говорила, что она почти тут не живёт, потому что с одного стрип бара валит сразу в другой, приходит только поесть, что видно по пластиковым упаковкам от телеобеда, да поспать, что видно по вскрытым упаковкам от презервативов и использованным банкам из-под смазок.

Обычная шлюха-танцулька. Ничего принципиально нового. Наверняка она рассказывала что-нибудь о тяжёлой судьбе, о насильнике-папашке или отчиме, мамашке-алкогольвице, может, о неудавшейся мечте стать психологом или учителем, разбившейся о непроходимую тупость и недостаток бабок. Аарон не коллекционировал эти истории, не видя в них ничего для себя важного. В них важного в принципе нет. Каждая третья шлюха рассказывает одно и то же. Особенно шлюха, живущая в Нью-Йорке. Дамер закурил. Пепел тут можно сбрасывать прямо на пол. Вообще он оценил насколько глупо выглядит, именно глянув на немытый пол. В трусах и в уличной обуви-то. Хах.

За окном бродили дети в костюмах. Хэллоуин, как никак. Мэдоу лежала на кровати, куря марихуану.

Интересно, она и впрямь ничем не болеет? Надо будет провериться. Они как-то на радостях забыли о презервативах.

Мальчик в костюме клоуна и девочка, разодетая точно кукла.

Клоун.
Кукла.

Дамер почувствовал волну мурашек по спине и отошёл от окна, тихо ругнувшись и вернувшись к Мэдоу в постель.

- Ты чего, Сэмми?

Аарон повернул к ней голову. А, ну да. Он же представился, как Сэм Уилсон. У него паспорт на это имя. Да-да, точно.

- Эй? - она склонила голову чуть набок.

Русые волосы со следами розовой краски на кончиках. Потёкшая от слёз тушь, размазанная помада, на запястьях следы от наручников, шея и плечи в укусах, как и бёдра, и грудь... Он выбил из неё всю дурь сегодня ночью и она знала, что ей предстоит и продолжение. А для продолжения лучше накуриться. Чтоб смеяться, когда тебя мешают с дерьмом. Интересно, кто-то из них вообще не пыхает?

- Дети, - коротко бросил Аарон.

Девица, как была, обнажённая, встала с постели и прошла к окну. Она увидела ту же парочку, вестимо, и хихикнула:
- Клоунов боишься?

Дамер фыркнул, как-то нервно дёрнув губами и отвернувшись от её.

- Бои-и-и-ишься, - лукаво ухмыляясь протянула Мэдоу. - Ладно, я же типа психотерапевт.

Так вот кто это был. Она затушила сигарету с травкой о подоконник и вернулась к Дамеру. Сев к нему на колени и положив его руку себе на левую грудь, она с умилением уставилась на него, беспардонно отбирая его бычок и туша его о тумбочку. Аарон не понимал зачем она это делает и что она в принципе собирается сделать, но ладонь, сжимающая женскую грудь, знаете, как-то расслабляет. На них и смотреть приятно. Лучше, чем на лицо. Он и вторую руку положил на правую, сжимая их. Настоящие, не силиконовые. Редкость в их профессии. Ещё и стоит, крепкая, не вымя, помещается чётко в ладонь. То, что надо.

Она пошло рассмеялась.
- Ну, расскажи мне, - Мэдоу призывно сжала бёдра. - Как такой большоооой мальчик с большим членом стал бояться каких-то там клоунов?

Аарон посмотрел на неё исподлобья. Какого хрена она лезла в это? Как она вообще до этого дошла? Как узнала? Неужели это было так очевидно?

Когда пройдёт четырнадцать лет с этой встречи, он будет уже думать, что, в общем-то, это действительно было слишком явным страхом. Она всё-таки училась, видно, на терапевта-то, а он был ещё недостаточно опытен и слишком расслаблен хорошим трахом. Ещё выходило так, что и на самом деле... Испугался.

- Стивен Кинг или Гейси?
- Ни то, ни другое, - сухо отрезал Дамер. - Лучше бы делом занялась.
- О, нет, большой мальчик. Расскажи.
- Зачем.
- Хочу.
- И?
- Ну, может, помогу чем-то.
- Нет необходимости.
- То есть, если я сейчас раскрашу лицо, как клоун, у тебя встанет?

Он молчал.

- То-то же, - хмыкнула Мэдоу. - Давай. Колись. Всё равно ты завтра свалишь, а рассказывать о тебе кому-то мне задаром не надо. Отлично потрахались, можно потрещать, а потом ещё.
- Бессмысленно.
- Абсолютно, Сэм. Но, если скажешь, я же могу и помочь.

***

- Сидеть, - скомандовал Рейнольд. - Ждать. Наказан.
Аарон сел на скамейку. Под джинсовкой мальчишки был нож, да, но ему было здесь не по себе. Рейнольд сказал, что ассистентка здешнего фокусника - ведьма и её нужно поймать. Поэтому они были прямо здесь, на ярмарке, в самый разгар.
Кругом ходили люди в цветной одежде, родители с детьми, парочки. Играла громкая и весёлая музыка. Пахло попкорном и сладкой ватой. Иногда в воздухе пролетали мыльные пузыри. В небо взмыл ярко-синий воздушный шарик и откуда-то послышался раздражающий детский плач.
Полицейский подошёл и спросил Аарона, мол, чего сидишь, тот ответил, что ждёт папу с заученной и как следует отработанной беззаботной улыбкой. Мужчина огляделся по сторонам, смерил юного Охотника взглядом и заверил, что если тому понадобится помощь, то он может смело обратиться к нему. Ребёнок кивнул ему головой.

***

- Дай угадаю. Твой отец не пришёл ни через час, ни через два.

***

Уже вечерело. Людей становилось меньше. Хотелось есть и в туалет, но он так и не встал с места. Приказ был дан и неподчинение жестоко каралось. На спине до сих пор болел удар хлыста, обычно предназначенного для лошадей.

Под вечер становилось уже холодно, а куртка ни капли не грела. Аарон сглотнул слюну, вызванную очередным сладким запахом. На этой ярмарке было много аниматоров. Клоуны, ростовые куклы-собаки и кошки, просто какие-то размалёванные ребята. Полицейского больше не было видно.

Дамер услышал какой-то сдавленный вскрик и обернулся. Увидел только, как две маленьких девичьих ножки махнули в воздухе, скрываясь за тканевыми стенами одного из шатров. Первая же реакция того, кто должен защищать людей от нечисти: встать и идти смотреть. Аарон схватился за нож и поднялся на затёкших ногах. Споткнулся, упал, но тут же встал и попрыгал на месте пару раз, после чего двинулся по направлению к шатру.

Осторожно ступая по траве, не издавая ни одного лишнего звука, он зашёл за шатёр и чуть надрезал ткань, чтоб было видно, что происходит.

То, что он увидел было отвратительно.
Двое клоунов, жирных, вонючих, с потёкшим гримом, насиловали девочку. Один засунул ей свой клоунский нос в рот и держал, чтоб она не кричала и не вырывалась. Второй грубо, жестоко, с мерзким хлюпаньем, входил в неё. Туда. Сюда. Туда. Сюда. Резиновая брошь-пищалка на его одежде, соприкасаясь с девочкой, издавала этот звук, похожий на клаксон. Их разукрашенные весёлые лица не менялись. А девочка в какой-то момент раз... И застыла.

Ему было не страшно, скорее странно, да и желудок сжал спазм, но он продолжал смотреть. Клоуны, всё с теми же счастливыми лицами, обнаружили, что девочку не хватило надолго, но они выглядели так, словно... Ничего не случилось.

Их разукрашенные лица. Безучастно радостные, но они не радовались на самом деле. Это было странно. Когда отец делал что-то такое с кем-то, он то злился, то хохотал. Эти... Ничего. Всё скрыто под гримом. Все намерения запрятаны под слоем краски, не понять что они испытывают.

Один убирал кровь, другой переодевал девочку в нежно-голубой кукольный костюм. Ей было ну максимум года четыре, она была достаточно маленькой, чтоб на неё налезал костюмчик с какой-то куклы для чревовещания. Они что-то говорили и их голоса звучали неестественно, они продолжали притворяться клоунами. Потом достали пудру, чтоб поправить свой грим, поправляли его друг другу. Девочку усадили в угол вместо куклы. Наверное, потом они её выбросят где-нибудь или закопают, как отец делал с ведьмами. Где-нибудь, где их не найдут.

Она смотрела прямо на него.
Мёртвая. Кукла. Её щеки они тоже припудрили. Точно фарфоровая.

Пустой желудок снова сжал спазм и его всё-таки вырвало желчью. Сухое горло болезненно засаднило. Он отошёл обратно к лавочке, где должен был ждать, чувствуя, как кружится голова. Если бы он тогда не замешкался, когда убивал ребёнка, будущую ведьму, то отец бы взял его с собой на дело и ему бы не было так плохо сейчас. Запах сладкой ваты и попкорна теперь не казался привлекательным. Ему просто хотелось пить и спать, уйти в тепло. Спрятаться в своём шкафу, укутавшись в дырявое одеяло, и сидеть спокойно, не двигаясь, как обычно.

Клоуны эти вышли из шатра.
Они всё так же шутили и смеялись. Один даже скручивал собачку из шариков. Может, они существа? Эти большие ноги, носы, эта странная походка, жирные животы... этот запах. Кровь и секс. Нет, он его не чувствовал, но он знал, что они так пахнут и не понимал, почему другие дети его не чувствуют. Почему так легко подходят к ним, доверяют. Что они видят в них положительного? Аарон видел в них что-то зловещее. В этой нарисованной улыбке. Они даже не отрабатывали её. Она просто была, априори. Неужели они не чувствуют что только что произошло?

***

Мэдоу закурила.
- Это жутко, - резюмировала она. - И ты никому не рассказал, что они сделали с девочкой?
Он отрицательно покачал головой.
- Её нашли раньше. Тело. Не успели замести все следы. Выяснилось, что это не первая девочка с ярмарки, которая пропала.
- И куклы тоже поэтому? Она была слишком похожа?
- Кукол из фарфора в принципе использовали, чтоб замещать ими умерших детей.
- О, правда? А я и не знала... Ладно. Тебе нужно по-другому воспринимать произошедшее, Сэм...

Она начала что-то говорить, но Дамер её больше не слушал. Воспоминания.

***

Женщина кричала и прижимала к себе мёртвую девочку. Полиция оцепила весь периметр ярмарки. Клоунов, всех до единого, вели в фургон в наручниках. Рейнольд крепко держал плечо Аарона, а того аж трясло при виде этих разряженных психопатов.

Почему им так слепо верят? Их костюмы даже не располагают к этому. Эти ужимки, этот искусственный, визгливый хохот...
- Что за дрожь? - холодно спросил Рейнольд. - Это страх?
Мальчик не ответил и рука мужчины сильнее сжала его плечо.
- Это. Страх?
Аарон опять не ответил. Его взгляд привлекали исключительно клоуны. В голове стоял звук клаксона и запах гребаного попкорна.
- Мелкий паскудёныш, - прошипел Рейнольд ему на ухо. - Знаешь, как нужно бороться со страхами? Клин вышибают клином.
Он поднял взгляд на отца.
- Я справлюсь.
- Конечно же. У тебя нет выбора. Потому что ты Дамер.

Всю следующую неделю Аарон провёл взаперти в комнате. Рейнольд сделал всё, чтоб она была страшной. Где он нашёл столько клоунов оставалось только догадываться. Кругом были они. Фигурки, статуэтки, фарфоровые клоуны, клоуны на плакатах, плюшевые, на пододеяльнике, на наволочке. Из проигрывателя на повторе звучало какое-то записанное клоунское выступление. Он пытался спать, но едва закрывал глаза и проваливался хоть в какой-то сон, как звук клаксона будил его и он открывал глаза. Куда ни посмотри - всюду они. Он нигде не мог от них спрятаться. Они все смотрели, они следили за каждым его движением. Они все скрывали что-то от него, они все были подозрительными, весёлыми. И запах попкорна. Рейнольд кормил его только попкорном целую неделю.

Он не избавился от страха.
Страх только укрепился в нём. Он разросся, точно грибной мицеллий по всем сосудам, по лёгким, по желудку, по каждой мышце, сдавил мозг.

Рейнольду же, похоже показалось, что выколотые, выцарапанные, закрашенные кровью или грязью глаза у клоунов - неплохой знак.

***
- ...и аудиотерапия. Тексты, которые помогают...
- Хватит, - отрезал Аарон. - Три часа в запасе.
Женщина сначала опешила, а потом улыбнулась и подмигнула ему. Наверное, поняла, что ему было неинтересно.
- О, думаю, нам этого хватит. Кусай, большой мальчик.

[NIC]Aaron Duhmer[/NIC]
[STA]Swish swish bish[/STA]
[AVA]http://s019.radikal.ru/i618/1702/0c/db43609d5cc0.png[/AVA]

+4

4

Людей пришло множество. Вся улица была переполнена фейблами, пришедшими посмотреть на своего героя - "безымянного", посмевшего бросить вызов Высшим и вселившего надежду в остальных. Ему задавали вопросы, один за другим, и сегодня Бенниоф отвечал даже охотнее, чем обычно, получая удовольствие не только от собственной популярности, но и от возможности говорить на родном языке. За годы жизни в Лондоне он уже успел отвык от него, и сейчас понимал, что, из всех своих поездок по предвыборной кампании, этот выезд в Германию полюбит больше всего.
- Скажите, Бенниоф, что вы планируете сделать с Джинксами? - послышалось откуда-то слева.
- Абсолютно ничего, - ответил политик, искренне улыбаясь. - Джинксы - точно такая же часть общества фейблов, как и все остальные. И, как я уже заявлял, я буду голосовать за отмену закона "О Полезных".
- А мы будем голосовать за вас! - послышалось в толпе, и эта фраза была встречена довольным смехом. Бенниоф был счастлив.
- А как насчёт экстремистов и радикальных группировок? - раздалось прямо перед носом Уайса. Это было так неожиданно, что Бенниоф даже подпрыгнул на месте, и лишь затем смог рассмотреть того, кто к нему обращался. Меньше, чем в шаге от него стоял довольный репортёр-карлик, который пролез под ногами своих конкурентов, лишь бы быть поближе к своему кумиру. Сердце политика сжалось, дыхание перехватило. Карлик. Так близко. Сердце забилось быстрее. Бенниоф замер, слова не лезли в горло. Благо, его помощник заметил это вовремя и, отговорившись, что мистер Уайс плохо чувствует себя после перелёта, увёл его в автомобиль. Но он не чувствовал себя плохо. Он был в панике. В припадке дикого страха, и не мог ни о чём думать. Уродливое, непропорциональное, словно постоянно ухмыляющееся лицо карлика застыло у него перед глазами. Всю дорогу до отеля Бенниоф дрожал. Старые, казалось, давно забытые воспоминания вдруг ожили и заиграли в голове яркими красками. Это было много столетий назад, но сегодня он словно пережил всё это вновь. Словно вновь оказался в Родных Землях, в руинах замка Сварт, в Хэллоуин.

***

Король стоял на балконе своего дворца, как всегда, по пятницам, чтобы выслушать просьбы своего народа. И Бенниоф, как всегда, стоял в первых рядах окруживших дворец толпы, отлавливающий её мельчайшие колебаний и готовый подобрать нужные слова, чтобы "зажечь" толпу и направить её силу в нужное русло. И в этот момент его толкнули. Какой-то совсем молодой парень смело оттолкнул его и вышел на площадь, растолкав по дороге целую очередь просителей.
- Ты что, страх потерял? - с угрозой произнёс один из стоящих в очереди крестьян. К удивлению Бенниофа, парень не испугался, а в ответ лишь улыбнулся и пожал плечами.
- Кто ты такой? - обратился к нему король, похоже, проигнорировавший такое злостное нарушение традиций.
- Моё имя Ганс Фюрхтеминиг, Ваше Величество, я сын кузнеца, - ответил ему парень, всё так же улыбаясь. Бенниоф покачал головой. Похоже, этот Ганс плохо соображает, раз так веселится. За спиной его поджидала толпа, готовая растерзать наглеца, а он и ухом не вёл. Может, колдун какой? На всякий случай Уайс отошёл на несколько шагов назад, чтобы, в случае чего, не оказаться на линии гнева волшебника.
- Чего ты хочешь, Ганс... - похоже, король собирался произнести фамилию парня, но потом передумал, и фраза так и осталась не законченной.
- Я хочу научиться страху, Ваше Величество, - ответил Ганс.
- Прошу прощения? - Король сдвинул брови. Это был верный признак, что кое-кто находится в опасной близости от виселицы. - Это шутка такая?
- Вовсе нет, Ваше Величество. Я с детства ничего не боюсь, и хочу научиться страху. Я обошёл всю страну, но так и не нашёл ничего, что могло бы меня напугать. И пришёл к вам. Если кто и может найти способ - то только король.
- Хм... - Его Величество задумался, и какое-то время молчал, а, затем, произнёс. - Хорошо, Ганс. Есть способ и тебе помочь, и, вместе с тем, королевству. Видишь ли, на восточной окраине находится замок Сварт, принадлежавший когда-то Графиням Мэри и Стелле Уорт. Вот уже сотню лет замок проклят - там живут злые, тёмные силы, и даже лучшие мои воины не решаются провести там больше двух ночей. Однако тот, кто проведёт там три ночи и останется в живых, снимет с замка проклятье и может рассчитывать на мою благосклонность.
- Спасибо вам огромное, Ваше Величество! - Ганс, похоже, чуть ли не прыгал от радости. Бенниоф поморщился. Никакой он не волшебник. Просто дебил. - Но можно попросить вас ещё кое-о-чём? Так, мелочь.
- Проси, - сухо ответил король.
- У меня совсем не осталось припасов, Ваше Величество. Ни еды, ни воды, ни даже тёплого одеяла - могу ли просить вас об этом?
- А как я узнаю, что ты не простой бродяга, решивший нажиться на моей милости? - усмехнулся король. - С чего мне знать, что ты не заберёшь припасы и не убежишь?
- Вы можете послать с ним одного из своих людей! - выкрикнул Уайс прежде, чем понял, что именно только что сотворил. По обыкновению, толпа, как всегда, принялась повторять за ним. Король обратил взгляд прямо на Бенниофа.
- Хорошая мысль... Уайс, верно? Вы купец? - отреагировал король. От осознания того, что его заметили, душа мужчины ушла в пятки.
- Д-да, Ваше Величество, - промямлил он кое-как.
- Отличная мысль. Вот тогда вы, герр Уайс, и отправитесь вместе с юным Гансом в замок.
В тот день площади говорили что-то ещё, но Бенниоф уже ничего не слышал. Он потерял сознание.

***

С юным Гансом, по дороге к замку Сварт, он почти не разговаривал. Мало того, что юноша решил попереться в это проклятое место, так он ещё и выбрал для этого идеальное время - первой ночью, которую им предстояло провести в руинах Сварта, была Ночь Всех Святых. Провести ночь чёрной магии в замке, проклятом чёрной магией - не самый лучший способ умереть. Они добирались несколько часов, и увидели покрытые мхом серо-зелёные развалины на закате, а к ночи въехали в замок. Бенниоф сразу же отправился собирать хворост - дурачок может сколько угодно искать свой страх и бродит по чёрным проклятым коридорам, но Уайс был намерен провести ночь у тёплого и светлого костра.
Он ходил по двору замка, собирая упавшие на землю ветки уродливых огромных деревьев, проросших сквозь крышу конюшни и занявших весь сад, когда услышал треск над головой. Сердце Бенниофа ускорило бег, но он убеждал себя, что деревья просто скрипят от ветра.
- Кар-р-р-р, - раздался противный злобный голос где-то наверху, и Уайсу показалось, что это был голос человека, а не птицы, но он постарался успокоить сердцебиение. А потом что-то упало сверху, вцепившись когтями в его щёки. Бенниоф закричал, но маленькая грязная рука зажала ему рот. А затем он почувствовал боль. Страшную, острую боль в шее, но не мог опустить голову и посмотреть, а руки ему отказали. Раздался противный смех. И Бенниоф упал. Он падал долго, словно летел с огромной высоты, но приземлился на мягкую траву. Голова страшно болела - похоже, он заработал сотрясение. Рук он всё ещё не чувствовал.
Бенниоф поднял глаза и увидел, что над ним стоит какой-то огромный человек. Жуткое тело возвышалось над ним и, кажется, хотело его раздавить. У этого создания не было головы, и это пугало вдвойне, но было в нём что-то странно знакомое, что-то, что Уайс мог почувствовать, от чего у него дыбом вставали волосы, но что пока не мог осознать. Когда же он осознал, что именно, то хотел закричать, но не смог - из лёгких к нему глотку не шёл воздух, потому что лёгких не было. Вот, почему он не чувствовал рук. Бенниоф лежал на траве и снизу вверх смотрел на собственное тело.
Вдруг, из-за его тела показалась фигура. Маленькая, словно детская, но уродливо скорчившаяся, с огромным носом, гнилыми зубами и маленькими злыми глазками. Карлик расхохотался и взял голову Уайса своими мерзкими когтистыми руками.
- Так-так-так! - воскликнул он мерзким писклявым голосом. -  Смотрите, что тут нас! Маленький гость зашёл в замок Госпожи и Госпожи! Теперь он стал ещё меньше! - Карлик расхохотался. Он прыгал с головой Бенниофа в руках, раскачивая её из стороны в сторону, и купца начало мутить. Но довлеющим оставался страх.
- Смотри, дорогуша! - Карлик поставил Бенниофа на место и вытащил из кармана маленькую соломенную куклу. Затем он вырвал из его головы волосок и повязал на куклу. А потом поднял руку куклы - и тело купца повторило жест вслед за ним. - Теперь твоё тело пойдёт пугать твоего друга! Поиграем с ним в карты? - Больше всего на свете Уайсу сейчас хотелось убежать как можно дальше отсюда. Но он не мог. Бежать было нечем.
- Я не отдам вам замок! - уродец расхохотался, как безумец. - Госпожа и Госпожа пропали, ушли в зеркало и исчезли. Но я верю, настанет день, и Госпожа Мери с Госпожой Стеллой вернутся домой! Поэтому замок будет ждать их! Он не достанется вам! - И, отшврынув голову Бенниофа на траву, карлик вприпрыжку побежал куда-то в сторону, а тело Уайса, ведомое тёмной магией, следовало за ним.
Так Бенниоф провёл целую ночь. Он просто лежал там, в ночи, и ничего не мог с этим поделать. Не мог уйти. Не мог как-то защититься. Не мог даже закричать. Больше никто не приходил, но этого было и не нужно - ночь, с её тишиной и редкими звуками, с помощью его усиленного переживаемым кошмаром воображения и без того отлично справлялись с тем, чтобы напугать его. Утром, когда его нашёл ни на йоту не напуганный Ганс, он бредил и не понимал, где находится. Бенниоф был на грани сумасшествия, поэтому даже не удивился тому, что когда парень пришил его голову обратно к телу, она приросла, и он снова смог управлять им. Он просто поднялся и тут же побежал прочь. И, с тех пор, он старался ни при каких обстоятельствах не ходить куда-то один. И ни в коем случае он не подпускал к себе карликов.
[NIC]Bennioff Weiss[/NIC][STA]В бездне памяти скрывается тьма.[/STA][AVA]http://sf.uploads.ru/DEZiJ.png[/AVA]

+2

5

Страх?

Что ж, наверное...

... Это было единственной вещью, признаться в которой брату было отчего-то стыдно. Хоть он бы и не стал смеяться. Ведь в их "профессии" этот страх полезен и наверняка убережет от лишних проблем.
Кевин боялся полицейских.
Любых. Даже тех, что безликими манекенами приходили к нему в кошмарах и молча стояли вокруг, не шевелясь и не подходя. Он боялся и тех, из воспоминаний о дне, когда убили всю семью. И хоть тогда его руки дрожали от страха, он смог сдержать равнодушный вид перед людьми. Значит, сможет и сейчас.
Но все же страх бьет его своими молниями каждый раз, когда он замечает в толпе сине-черную униформу. Руки машинально натягивают капюшон на голову, что склоняется ниже к земле.
Он не видит, но будто знает, что всё вокруг оплетают красные нити их внимания. Каждый под подозрением, каждый запутан в этих сетях. Они думают на всех, никого не упускают из вида, даже самого милого, самого немощного, самого слабого...

"Я буду обычным. В этом все мое спасение"

Он знает, что этими красными нитями в полицейском участке нашли путь и к его семье. Свели воедино множество фактов, знаний, слов, слухов. Нашли тех, кто прятались, будто крысы на кораблях, выцепили каждого по отдельности и убили, приставив пистолет к виску.
Красные нити оборвались в тот вечер, провиснув и упав с деревянной доски. Все они праздновали избавление от очередного порока общества, все эти люди в типовой государственной форме с серебряными значками напротив груди. А где-то плакал выживший ребенок, оставшийся в пустой мертвой комнате со следами дезинфекции на стенах.

"Если мне не за чем будет жить, то я могу жить вопреки"

Он знал, что надо быть незаметным, молчаливым, таким же, как и все. Скидывать с себя сети внимания неинтересной внешностью и ангельски печальным взглядом. Это уберегало семью, значит, убережет и его. Ведь он должен идти дальше, даже если ноги дрожат у каждого полицейского поста, а сердце гулко бьется где-то в голове.

"То, что они забыли обо мне, сослужит им плохую службу"

В толпе он всегда чувствовал, что они ищут его своими длинными нитями. Единственного оставшегося, пережившего, нашедшего и не сломавшегося, несшего с собой силу своего рода. Возможно, поиски их когда-нибудь увенчаются очередным успехом. А может и нет.
Но сейчас главное запихать дрожащие руки поглубже в карманы, да зарыться в капюшон разношенной ветровки. Пора отправляться на новое дело мимо растянутых паучьих сетей.

[NIC]Kevin Lightwood[/NIC][AVA]http://sa.uploads.ru/Ibgdc.jpg[/AVA][STA]I'm not afraid[/STA]

+1


Вы здесь » Special Forces » 2000-2020... » [phobia]