Special Forces

Объявление


{ЗНАКОМСТВО С ПРОЕКТОМ}



Добро пожаловать на Special Forces!
Городское фэнтези, 18+, эпизоды.



НОВОСТИ ПРОЕКТА | ЗАНЯТЫЕ ВНЕШНОСТИ И СПИСОК ПЕРСОНАЖЕЙ | КВЕСТЫ | ЗАДАНИЯ СФ | ШАБЛОНЫ ЭПИЗОДОВ | ПОИСК СОИГРОКА | ИГРОВЫЕ НОВОСТИ |



ПАРТНЁРЫ И ТОПЫ


Рейтинг форумов Forum-top.ru Волшебный рейтинг игровых сайтов Black Pegasus

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Special Forces » 2000-2020... » It’s gonna be OK


It’s gonna be OK

Сообщений 1 страница 30 из 33

1

It’s gonna be OK
Sorry I dragged you into this
1. Место действия
Германия, Нижняя Саксония, Гамельн
Центральный вокзал Гамельна
2. Время и погода
10.04.2020
16.00 и далее, +15, облачно, слегка душно.
3. Действующие лица
Ирма Росси (Галлахер), Эрик Галлахер (Крысолов)

Вряд ли Крысолов подпускал когда-либо кого-либо настолько близко к себе. Да он и сам не заходил. Это не просто поездка на его относительную Родину, в этот маленький уголок, который он бы мог назвать началом. Это шаг в его прошлое, в его историю, ему в душу. И он ни за что не скажет насколько ему страшно.

0

2

Поездки на поездах Ирме нравились. Они её успокаивали, в отличие от авиаперелётов: женщина летать не боялась, но в самолёте нет этих пейзажей за окном. Да, самолётом они добрались бы быстрее, но так получилось как-то... По-приятному дольше. Для неё. Ну и безопаснее для неё, как для беременной.

Эрик, вот правда, чем ближе к Гаммельну, тем больше волновался или даже боялся. Это чувствовалось и Ирма уже и не могла объяснить в чём именно. Будто бы ощущение такое, внутреннее, от его поведения, от мимолётных каких-то жестов, брошенных фраз и выражения лица, взгляда. Она не стала задавать глупых вопросов вроде "всё ли в порядке?". Конечно не очень-то в порядке, это очевидно. Ему предстояло побывать там, где был некто, кого звали Гансом и от кого, судя по всему, пошла его легенда.
Или тот, кто выдавал себя за него. Сложный и очень спорный вопрос.
Да и этот город... Он будет похожим. Но он будет чужим одновременно. Это всё давило на него, Ирма могла это понять, хотя и не могла представить что он конкретно чувствует. Да и надо ли, если она просто знает, что ему нехорошо?

Поэтому Ирма, в какой-то момент, ощущая, что он уже совсем дёрганый, просто взяла его за руку, крепко сжав её в своей ладони.
- Эрик, ты не один с этим, - она сказала это уверенно, но тихо.

Может это не возымело эффекта глобально, то есть не убрало в целом ощущение тревоги, но на какое-то время подействовало. Она ощутила, как он расслабился на время. Опять же, это понимание приходило само собой. Странная эмпатия.

Вышли они на центральном вокзале и здесь было не то чтоб уж очень много людей. То ли не сезон, то ли время такое, то ли их на самом деле много, а Ирма привыкла к большему числу народа - она не стала задумываться. Она глянула на адрес их гостиницы и карту на экране мобильного, задумчиво хмурясь.
- Получается, не очень далеко отсюда.

Они поехали, в целом, налегке и сумка была одна на двоих. Висела на плече Эрика. Ирма оставила при себе только небольшую почтальонку, чтоб документы были поблизости, вместе с выписками отца по поводу этого таинственного Ганса.
- Давай сходим и оставим вещи в номере. Ты хочешь отдохнуть сначала или сразу в библиотеку? - женщина внимательно глянула на Эрика. - Я в порядке, не особо устала. Но от душа и чая я бы не отказалась перед тем, как погружаться в прошлое. Если ты не против.

[icon]https://b.radikal.ru/b21/1803/5f/90f3d52030ba.png[/icon][nick]Irma Rossi[/nick][status]When you get older, plainer, saner[/status]

+1

3

- Веселые трутни, а чего столько народу? – изобразив почти натуральное веселье, спросил Эрик, выйдя на пирон и оглядевшись. Он поправил сумку на плече и взглянул на Ирму, слегка к ней наклоняясь, хотя в том не было надобности, и внимательно с улыбкой слушая ее слова. Вокзал был небольшой, совсем крохотная станция по сравнению с обширными залами Франкфурта, Берлина, того же Лондона. Очень искусные и живописные, с огромными окончатыми крышами, пускающими много живого света, они смотрелись по - настоящему величественно на фоне этого маленького, обитого деревом и камнем, почти что амбара. Людей, для такого небольшого города, было отчего-то непомерно много, да и многие вещи, если быть честным, изменились. Но Галлахер все равно его знал. Он был в ужасе. Но старался относиться ко всему привычно или хотя бы показывать, что относился так. Эрик знал, что в этом городе наверняка есть улицы, названные в честь него, статуи, изображающие, как он заклинает крыс, возможно даже наткнется на какого-нибудь рослого парня в цветастом костюме с дудочкой. И если честно, он не знал, как точно обычный нормальный-ненормальный Эрик должен на все это отреагировать. Наверное, вырывать флейту и сказать: «Ты все не так делаешь, дай покажу, как надо». Потом задумчиво осмотреть статую и сказать, что вон той крысы в глаза не помнит, если честно и все они наврали. Но Галлахер не был уверен, что поступит именно так. Или скорее, что сможет поступить. Ему не было так страшно, когда его загнало в Астрал. Ему на войне так страшно не было. Да вообще, если подумать, он почти и не испытывал страха. Волнение за жену, пожалуй. Но такого ужаса…

Однажды было, он помнил это отчётливо. Это произошло в этом же самом городе. Ровно в час ночи он проснулся, не понятно от чего. Было тихо и спокойно, ни звука, ни шороха. Снов ему тоже не снилось. Но чувство что произошло что-то странное, что-то из рамок выходящее вон и даже больше - что-то начисто эти рамки разорвавшее, не отпускало его. Он не смог заснуть до самого утра. Ему потребовалось два дня, чтобы понять, что он не может больше разговаривать с чайником, что он не узнает ни одного человека в округе, что его наряд всем кажется странным, что в магазинах расплачиваются незнакомыми деньгами и даже не соглашаются на бартер. Когда он увидел первый автомобиль, он уже не смог подавить того ужаса, что давил в себя. Он был один и не понимал, что не так и что произошло. Наверное он бы и вовсе потерялся, если бы в тот момент не пошел на ратушную площадь и не заиграл. Он играл, пытаясь успокоиться, даже не обращая, что вокруг собирается толпа. Даже не замечая, на постаменте чьего памятника стоит...
Он сбежал из Гамельна, как только смог. Порой жалел конечно, думал иногда, что возможно смог бы тогда и там отыскать загадку своего возникновения здесь. Но он не мог оставаться там больше. Все вокруг создавало впечатление схожее с тем, что мог бы почувствовать любой, смотря на собственную могилу и понимая, что это не шутка. Мало кто знал, что он и в том мире был тем, при упоминании чьего имени родители махают рукой и отворачиваются. Сын палача и музыкант. Да ладно бы еще при дворе, но ведь нет. Ходит, ничего не делает, только путникам сказки рассказывает, да овец пасет. Но он был собой. А теперь, растерявший все силы, что он такое?
Потом он встретил своих, конечно.
Праздники, веселье, все вставало постепенно на свои места. Он вновь был тем самым Крысоловом. Хотя и со странной фамилией. Но она ему нравилась.
Мало кто обратил внимание тогда, что он теперь всегда бродит в одном и том же пальто. Даже его жена.
Потом, у него отобрали флейту.
И начиналась совсем другая история.
Эрик очень любил свой мир. Свой дом. Магия. И даже не замечая того, он цеплялся за него всем, чем мог. В Германии становится заметно, насколько странный у него акцент для немца. Даже так. Хотя бы немножко. Ближе к тому, что навсегда разбилось.
Конечно, любой читатель может озадачиться вопросом. А на кой собственно этот расхрендяй согласился поехать тогда в Гамельн, упорно им называемый Хамельном?

Эрик тепло взглянул на Ирму.
Она все чувствовала и что-то ему подсказывало, что это не потому что у него все на его красивой морде написано. И его успокаивали ее жесты. Галлахер кивнул, от чего-то облегченно выдыхая, приходя мыслями к Ирме.
- Ноу проблем, пойдем отдохнем. - затем он отвернулся.- Надо зайти еще и в ратушу. Там нашли первые упоминания о Крысолове и эта табличка до сих пор там. После библиотеки.
Галлахер снова поправил сумку и бодренько зашагал вперед. Потом так же бодренько вернулся обратно, взял Ирму за руку и уже не очень бодренько пошел к выходу с вокзала. До гостиницы и действительно было всего ничего. И никто никогда не догадается, как называлась эта гостиница.
Эрик очень внимательно прочитал свое имя размером два метра на два метра и что-то там еще. Шмыгнул носом и промолчав, вошел внутрь.
Он вообще тут будет очень терпеливым ради некоторых.
[icon]http://sa.uploads.ru/t/LQaAX.jpg[/icon][nick]Eric Gallagher[/nick][status]53412[/status]

Отредактировано Iren (2018-05-12 23:30:24)

+1

4

Ирма уладила всё на стойке ресепшен, косясь на Эрика. Ей было действительно не по себе от его вида, от ауры, которую он излучал. Это какой-то кошмар просто. Женщина потёрла лоб, подходя к лифту. Вообще странно, что он тут был: вроде бы маленькая гостиница-то. Ей казалось, что в таких их не делают. Она облокотилась на стенку лифта, сложив руки под грудью. Скоро так уже и не сделать будет. И как она тогда будет показывать напряжение? Ну вот, здрасте.
Третий этаж, 306 номер, ключ-карта и вот оно. Не люкс и не премиум, обычный на двоих, а выглядит уютно. Дерево какого-то красноватого оттенка, свежая постель, два комплекта полотенец с халатами, тапочки и даже пакетики с мармеладными мишками. У неё аж перемкнуло от их вида и Ирма сразу же забрала себе оба пакетика, никак своё действие не комментируя, просто пряча их в сумку. Её сняла и отложила на тумбочку.
Она сняла с себя обувь, лёгкое пальто и пиджак, оставаясь в рубашке и джинсах на резинке. Подойдя к окну, она тяжко вздохнула, похрустев шеей и поведя плечом.
- Как же меня всё бесит, - пробормотала она, - у меня слишком тяжёлое тело для меня. И слишком горячее какое-то. Ещё очень долго.
Ирма провела рукой по животу, хмурясь.
- Ладно, это ерунда. Я приму душ и мне станет легче, - отмахнулась будущая Галлахер, повернувшись к Эрику и вымученно ему улыбнувшись. - Присядем?
Это был не вопрос, а предложение и даже указание. Он понял сразу. Они опустились на покрывало рядом, касаясь друг другая бёдрами, и Ирма положила руку на его спину, ободрительно и ласково поглаживая её.
- Не бойся, - Ирма опять говорила тихо, - ты всегда можешь повернуться и увидеть меня позади, если следующий шаг окажется очень тяжёлым для тебя. Просто поворачивайся, хорошо? Не надо смотреть вперёд, если нет сил и уверенности. Это ложный героизм. Помни об этом. Это всё, что я хотела тебе сказать.
Она поднялась, целуя его в висок, и взяла полотенца с собой в ванную, оглянувшись на него.
- Любовь, всё такое, - она пожала плечами и скрылась за дверью. - Я быстро!
Это раздалось уже из самой ванной комнаты.




[icon]https://b.radikal.ru/b21/1803/5f/90f3d52030ba.png[/icon][nick]Irma Rossi[/nick][status]When you get older, plainer, saner[/status]

+1

5

Эрик хмыкнул, поднимаясь. Взглянул на сумку, куда Ирма убрала мармелад. Надо запомнить, наверное. Вдруг по среди ночи как! Ему было несколько тяжело смотреть на то, как тяжело, уже в физическом смысле, Росси, но не знал, что сделать, чтобы хотя бы немного облегчить это. Готов был на руках носить, чаем отпаивать и может из дома не выпускать. Возможно, эта мысль даже изводила его. Он скользнул к чайнику, снимая его и прошел к ванной, приоткрывая дверь. Ему было приятно, что она не закрывалась на замок. Погладил косяк пальцами, поскреб лак и присмотрелся к дереву. Его разводам и рисунку, даже через чур внимательно
- Ты не позади, что это за литературное чудо словесности? – Эрик пожал плечами, опуская взгляд. – Ты рядом.
Это звучало как-то слишком трепетно, поэтому он тут же веселей добавил сверху, махнув чайником в воздухе:
- Ну вот знаешь, почти плечом к плечу.
Он прошел в ванну прямо в пальто и набрал из-под крана воды, выходя и включая чайник. Вернулся к двери ванной, но не знал, что ему собственно надо. Сложил руки, оперся на стену и просто молча стоял, слушая, как Ирма моется. Да не боится он. Или боится. Или нет, или да – тут только два варианта. Есть еще третий – не знаю. И четвертый – возможно. Маловероятно, смотря, как посмотреть, что ты подразумеваешь под страхом? Крысолов потер переносицу. Наверное, нужно было поговорить, но он впервые не хотел. Или хотел? А что ему сказать, она похоже и так все знает. «Ирма. Мне надо с тобой серьёзно поговорить…» - мысленно начал Крысолов, продолжая уже вслух.
- Я изменил тебе с Тайванками и не хотел об этом говорить, поэтому мы с Румпелем продали мою квартиру и намерились сбежать, но как-то не срослось. Поэтому он предложил укрыться в этом городе, конечно же с тобой, чтобы не вызывать подозрений! В этом маленьком городе… - Эрик помрачнел и закончил уже тихо. - … Которого я так боюсь…
Ирма, наверное, знала, что он каждую ночь просыпается в час и засыпает под утро. Что не может заснуть в то время, которое бодрствовал в свой первый день здесь. Крысолов повернулся к двери ванной.
- Ирма… - Крысолов приоткрыл дверь. – Ирма, а можно тебя… Ирма иди сюда, пожалуйста, мне очень нужно… - он нервно сжал рукава пальто, а затем и вовсе засунул руки в карманы. Он хотел зайти и сам, забрать Росси из ванной, но почему-то нерешительно мялся на пороге.
[icon]http://sa.uploads.ru/t/LQaAX.jpg[/icon][nick]Eric Gallagher[/nick][status]53412[/status]

Отредактировано Iren (2018-05-13 02:48:00)

+1

6

Ирма уже выключила воду и вытиралась полотенцем, когда услышала, как он зовёт её. Она решила поменять рубашку, поэтому выглянула уже только в джинсах и бюстгальтере. Осмотрев его, поняла, что становится хуже... Ну или не хуже, а запутаннее.

- Эрик, я чувствую, что с тобой происходит. Ну или мы чувствуем, - она приподняла брови, глядя ему в глаза. - Но было бы ещё лучше, если бы ты набрался смелости и, может, мужества поговорить об этом. Я не настаиваю, ты можешь сделать это не сейчас, а позже. Если ты будешь постоянно об этом думать и жевать это в себе, то тебе не станет легче, даже когда мы доберёмся до правды о Гансе. Так уж выходит, что если молчишь и мучаешься, то ничего не меняется.

Чайник щёлкнул. Ирма повернулась на звук и чуть улыбнулась. Она видела, что он его наполнял, из-за шторки в душе, но это осознание заботы в любой момент вызывает улыбку.
- Снимай пальто, здесь ты можешь не защищаться, - женщина стала расстёгивать пуговицы его верхней одежды, покачав головой. - Оно всегда мне напоминает кокон или панцирь, купол такой, знаешь? Может, мне кажется, но я вроде бы как... Замечаю, что ты его не снимаешь, когда чувствуешь себя небезопасно и когда готов, в целом, сорваться и уйти, ничего не объясняя. Что-то вроде способа быстро сбежать, без долгих сборов. Как и отсутствие носков. Если бы они у тебя были, ты бы непременно терял один. И искал бы, потому что бежать в одном носке - неудобно. Всегда налегке и так во всём.

Ирма посмотрела на него, ожидая, когда он сам снимет его. Она не будет ему в этом помогать.

- Мне, наверное, не кажется, да?

Женщина усмехнулась и прошла к сумке, доставая оттуда клетчатую фланелевую рубашку и стала надевать её, застёгивая пуговицы.

- У всех свои обереги от реальности и событий. В действительности, они мало чем помогают. От себя не спрятаться. От себя не убежать. Все страхи и сомнения - это и есть ты. Люди вокруг всё равно влезут в тебя или ранят, как бы ты не защищался.

[icon]https://b.radikal.ru/b21/1803/5f/90f3d52030ba.png[/icon][nick]Irma Rossi[/nick][status]When you get older, plainer, saner[/status]

+1

7

Эрик проглотил ту чрезмерную тоску и страх, что внезапно посетил его у дверей в ванную, взывавшие плакаться в жилетку и взглянув на жену, протянул какой-то низкий возмущенный звук.
- Это мой дом. Знаешь, как неудобно лежать в обычной одежде на лавках в парке? Деревянные перекладины впиваются в тело и трут косточки, я знаешь ли, уже далеко не молодой и костлявенький. Просыпаешься утром, а встать не можешь. А вот с пальто очень хорошо как-то все проходит. А еще здесь живет муравьишка.
Галлахер распахнул пальто и заглянул во внутренний карман справа. Затем во внутренний карман слева.
- А, вон он. - Эрик аккуратно засунул указательный палец в карман, затем вытащил и протянул руку в сторону Росси. На пальце действительно сидел муравей. Обычный, черный, муравьиный муравей. И кажется не понимающие пялился на Ирму.
- Я назвал его Вискарик. Мы с ним пьем иногда, когда совсем грустно.- Галлахер задумчиво поглядел, как очнувшийся от шока Вискарик бегает по пальцам, ладони, кисти. Поднял руку ближе у глазам, а затем внезапно перевёл взгляд на Росси. Смотря долго, молча. Как обычно. Не спеша убрал муравья обратно в карман и стянул пальто.
- Ты всегда права.- серьезно сказал он и подошел к чайнику. Отыскал гостиничные стаканы на полке тумбы, подошёл к сумке, вытаскивая заварку и мимолетно целуя одевающуюся Росси в плечо. Но все же замер на мгновение, погладив теплой рукой низ живота и ментально извиниться за ее самочувствие. Он каждый раз ощущал что-то странное, думая о том, что эта девушка его жена. Аж перемыкало на секунды, оставляя Крысолова на распутье между отойти и не совсем отойти. Эрик вернулся к чайнику, заливая себе всю кружку кипятком, а Росси на половину.
- И часто тебе приходилось чувствовать что-то такое? Говоришь, как профессионал в вопросе. Может я просто гребаный гений? Эйнштейн вон тоже не носил носки и я его понимаю. Просто это зло. Вот есть зло относительное - демоны там, всякие. А есть абсолютное - ступеньки, мокрые полы, соя, полиэтилен... Носки.
Эрик закатал рукава чёрной рубашки и подхватив кружки, сел на кровать. Снова посмотрел на Росси.
- Я просто... - Эрик дернул бровями, мол ничего серьёзного, но затем моментально погрустнел.- Очень любил свой дом. Действительно... любил. Очень жалею, что не извинился перед отцом до этого всего.-Крысолов помолчал.- Всем вокруг как будто легче, они уже интегрировались с миром. Не понимаю, что со мной не так. - он пожал плечами.- Мне будет все равно наверное, если я окажусь лишь выдуманной кем-то историей. Но это место слишком...-непонятный жест.-Такое разтакое.
[icon]http://sa.uploads.ru/t/LQaAX.jpg[/icon][nick]Eric Gallagher[/nick][status]53412[/status]

0

8

Ирма почувствовала, как внутри что-то очень больно сжалось. Очень. Очень больно. Настолько, что ощутилось почти физически и она даже испугалась, что это что-то в животе, сморщившись и приложив к нему руку. Но нет, болело выше, в области сердца. "Щемит в душе тоска." До встречи с Эриком с ней такое случалось, но не так часто и не так обидно.
- Понятно, - спокойно отозвалась она, мотнув головой. - Я в порядке, показалось. Думала физическое, а скорее моральное.
Она взяла кружку из его рук и отошла к окну, разглядывая улицы города.

Дом.
Там.
Очень любил.
Его дом там, правильно.
С чего бы ему быть здесь?

- Действительно, - согласилась Ирма, улыбнувшись только губами и повернувшись к нему лицом, опираясь о подоконник поясницей, - это место специфическое для тебя. В конце концов, именно оно фигурировало в твоей биографии. Забавно получается, кто-то был здесь, а ты был там. И что же от чего пошло? Они придумали Крысолова или сначала появился ты, где-то там, за пределами, а они назвали этого человека, или НЕчеловека тобой? Вечный дурацкий спор. Что было в начале. Курица или яйцо...
Она пожала плечами.
- Я не думаю, что оно точно такое же, Эрик. Мне кажется, ты просто хочешь, чтоб этот город был таким же, а за своим желанием не видишь правды. Больше чем уверена, если копнуть поглубже, мы не найдём ни одного жителя, который был бы тебе знаком, ни одного ребёнка, которого ты уводил, ни одной улицы с тем же названием, по которым ты шёл. Возможно, даже маршрут этого Ганса другой, не такой, как у тебя. Ты же, должно быть, в курсе, что они сделали отметки для туристов, по тем записям, где, дескать, проходил Ганс с детьми и крысами? Вот с этого мы и начнём лучше. Пройдём этой дорогой. Потом ты вспомнишь свою. Возможно, это тоже нам даст что-нибудь.

Она сделала пару глотков чая.

- Потом библиотека, потом Ратуша.

[icon]https://b.radikal.ru/b21/1803/5f/90f3d52030ba.png[/icon][nick]Irma Rossi[/nick][status]When you get older, plainer, saner[/status]

+1

9

Побледневший Эрик оглядел Ирму с волнением. Каждый ее намек на «что-то не так» бил куда-то … не важно, главное, что метко. Она его успокоила, но он как-то не успокоился. Какая разница, где болит? Болит же. И слабое осознание, что в этом виноват сам Эрик не добавляло спокойствия. Как будто ему было мало этих двух месяцев, даже больше. Только, что он сказал не так? Он отставил чай, уперевшись руками в кровать и, сжав пальцами ткань покрывала.
- К чему просить набраться смелости заговорить о чем-то, если сама умалчиваешь? – от чего-то с обидой сказал он. Что там за «действительно»? Ему и нравилось и не нравилось одновременно, что эта женщина делала с ним. Он стал каким-то… Не правильным? Стремненьким. Он стал чувствовать вину за то, за что никогда не чувствовал, страх, даже если бояться нечего и прямой угрозы, стоящей нос к носу с тобой не существует и в помине. Стал чувствовать и другие, более приятные вещи. Но знаете ли!
- Я знаю, что никого здесь не знаю и не знал. И что улицы тут имеют названия. И что они, скорее всего, поворачивают не туда. Я не хочу, чтобы он был таким. Нет у меня привычки видеть за одним другое. – Эрик выдохнул. С чего он так. Флейты нет вот и так. Время, которое он сейчас не играл, шло на рекорд. Его ломало, и не куда было деть эти чувства. – Не в этом дело. – он постучал пальцами по покрывалу. – Ладно. Я само спокойствие. Хорошо. Отметки так отметки. Библиотека, Ратуша.
Галлахер поднялся и, взяв в руки пальто, уже хотел было направится к двери, но вернулся спиной к сумке и порывшись внутри, взял бутылку с водой для Ирмы.
Что такое? Тогда, там, в доме ее отца он был буквально влюблен  в мысль съездить сюда с Ирмой. Был рад тому, что это предложила именно она, именно там и вообще... Сейчас эта мысль не казалась такой уж воодушевляющей.
В нем дело. Росси сейчас вообще мало в чем можно было винить. В ее сторону может литься только любовь и забота, а он какой-то... для этого всего...сейчас точно бы не подходящий. Может она и права. Он придумывает и видит слишком много того, чего нет в действительности, нужно относится к этому проще. Как к обычному городу. К обычной загадке. В конце концов уже прошло почти восемьдесят лет.
Эрик вздохнул. Да. Все нормально.
[icon]http://sa.uploads.ru/t/LQaAX.jpg[/icon][nick]Eric Gallagher[/nick][status]53412[/status]

+1

10

- Дай мне ещё пару минут.
Ирма прошла в ванную. Сначала туалет, на дорогу. Потом включила воду посильнее, чтоб её журчание всё заглушило, будто помыть руки и умыться, а на деле она с силой ударила кулаком в стену. Мужская такая привычка, но помогало почти всегда. Глянув на стесавшиеся костяшки дрожащей руки, она снова обдала её холодной водой. Вытерев руки насухо, она вышла, сразу направившись к выходу, на ходу цепляя пальто и надевая его на себя уже совсем выйдя из номера.
Она остановилась и развернулась к Эрику.
- Послушай, - Ирма нахмурилась, прикусив нижнюю губу.

Не говори.

- Ты понимаешь, что потом мне придётся иметь дело, скорее всего, с двумя скорпионами? Ужас, - женщина покачала головой, сунув руки в карманы. - Как же мне будет с ними тяжело. Два маленьких скорпиона-мальчика. А потом они вырастут в двух огромных скорпионов и всё, мам, я лучше знаю что делаю, всё нормально и кровавые сопли на кулаке. Вот ведь...
Она покосилась на Эрика, таким, тяжёлым взглядом, но, вроде как, с юмором.
- ...молись, чтоб они родились не 24-го октября. Это будет катастрофа. Понимаешь, один день отделяет меня от милых мальчиков-весов до двух бесенят-скорпионов? Ты ходишь по охерительно тонкому льду, приятель.

Ирма усмехнулась, погрозив Эрику пальцем и пошла вперёд.

Молодец, не сказала. Не надо ему знать, что у тебя там какие-то сомнения вдруг появились, да же? Это пройдёт. В конце концов, это просто была фигура речи. Зачем зацикливаться? Это не имеет смысла. Это просто внутренний маленький червячок сомнения, он скоро сдохнет. Если его не кормить. Чем меньше думаешь, чем меньше зацикливаешься, тем быстрее.

Выйдя из гостиницы, она огляделась и указала Эрику на одну из отметок.
- Это оно, вроде бы? Пойдём? Или ты всё-таки считаешь, что я не права? Если что, я не настаиваю, ты же знаешь, - Росси пожала плечами. - Я буду честнее. Я подумала, что тебе нужно время, чтоб... Подготовиться. И прогулка вроде как оттягивает все эти мерзкие моменты истины.

[icon]https://b.radikal.ru/b21/1803/5f/90f3d52030ba.png[/icon][nick]Irma Rossi[/nick][status]When you get older, plainer, saner[/status]

+1

11

Мерзкие моменты истины. Вот так. Эрик набросил пальто на плечи, не надевая полностью, но полы его все равно почти касались пяток. Медленно взглянул сначала на отметку, которая действительно имелась, затем на Росси. Засунул руки в карманы брюк и заглянул в темные глаза. Присмотрелся к лицу, точно пытаясь найти ответ на какой-то волнующий вопрос. Затем пожал плечами, отворачиваясь и медленно шагнув в сторону дальнейшего пути.
- Я думал это наша проблема. По одному скорпиону на каждого и становится не так тяжело. – взгляд Крысолова стал тяжелым, хотя и не был направлен на Росси, а куда-то дальше по улице. Из его речи исчезли какие-то привычные интонации, которые делали Эрика Эриком.
В его душе заиграла совсем иная музыка. Глубокий тягучий женский голос из заполненного дымом зала. «О кто она.  Туманные воспоминания, преследующий образ или потерянные объятия?» пела она. А Эрик даже не играл, лишь просто слушал. Редко он становился слушателем. Редко кто мог заставить его превратиться в слушателя, не разрезающего моментально музыку острым восприятием, а лишь чувствующего, как обыкновенный человек. Сопереживать, не думая, что дальше. Сидеть в темном зале, ловя отблески с музыкальных инструментов. Хотя может, если подумать, такое положение он и занимал последние адцать лет. И он не был тем человеком, который настоятельно рекомендует высказаться.
- Пошли. – согласился он. – Похоже я уже ко всему готов. – Эрик нахмурился. – Если даже ты предпочитаешь ускользать, то этот день-денечек больше меня не сможет удивить. – он вздохнул. – Вроде нам туда. – указал он на одну из развилок, беря правую половину. – Хотя ни один нормальный человек не выбирает право, я бы выбрал лево. Или вообще… - Эрик обернулся, но, похоже, с другой стороны был тупик. – О… Непродуманно.
Он впал в какую-то меланхолию. Из тянущегося страха и желания, чтобы Ирма его пожалела, до апатии и безразличия.
[icon]http://sa.uploads.ru/t/LQaAX.jpg[/icon][nick]Eric Gallagher[/nick][status]53412[/status]

+1

12

Ирма тяжело вздохнула, глядя на спину Галлахера. Это слишком тяжело.
Они прошли пару отметок и Росси молчала, переваривая в себе негатив, стараясь его подавить, но... Это не работало. Червячок этот долбаный. Он жирел и это бесило.
Но тут она вдруг поставила себя на его место и эта падаль сдохла в один момент.
Он жил в таком же городе, с тем же названием, может даже с такими же улочками, хоть она и говорила, что не с такими же. Он был счастлив там, пусть и недолго, с таким-то бэкграундом. Тот мир, из которого он прибыл, был к нему милосерден, хоть и по-своему. Там ему дышалось легче, там была магия, там было всё иначе. Там не было этих дурацких проблем, таких, как здесь.
И сейчас, по сути, он видит эту нелепую копию...Или этот нелепый оригинал, который, по сути, извращает то, что у него было.
Дом.
Если бы она пришла однажды в родительский дом и увидела, что его весь перестроили, что бы она испытала? Это было бы похожее чувство, но, вместе с тем, совершенно другое. Близкое по смыслу, но далёкое от того, что испытывает он, чрезвычайно далёкое.
Ей стало стыдно, что она себя накрутила и заставила его волноваться за это. Он не понимал, почему она обижалась и это было...нормально. Нельзя молчать, если они не хотят, чтоб между ними возникла пропасть. Она и так есть, она всегда будет. Пропасть опыта и разность в происхождении, разность даже в продолжительности жизни. Во всём.

Ирма слишком любила Эрика.

Она устало выдохнула и взяла его за руку.
- Остановись, пожалуйста, - попросила она, когда они добрались до очередной отметки под фонарём.
Он уже зажёгся. Людей становилось меньше. Большинство экскурсий уже распались на мелкие кусочки. Кто-то фотографировал ещё, но, в целом, туристы начали рассасываться по отелям, по автобусам, по кафешкам. Какой-то экскурсовод устало курил, обсуждая с одним из экскурсантов своё видение истории. Что-то там про чуму и ещё какую-то чушь.
Женщина оттянула его с прохода и обняла спереди, обхватывая руками его торс и прячась в его пальто. Будто греясь и сливаясь с ним в одно целое. Постоять так. Немного. Пусть проходят мимо и странно смотрят на этих двух странных.

Нельзя так. Ну нельзя им так. Они не должны так вести себя друг с другом и кто-то должен это уже остановить. Она чуть приподнялась на носочках и потянула его к себе, вместе с тем, чтоб он нагнулся, обнимая его за шею.
- Мне очень жаль, Эрик, - прошептала она ему.
Она потёрлась носом о его висок, легко касаясь губами его щеки.
- Мне очень больно, когда я понимаю, что я не могу заменить тебе то, что ты потерял. Это тревожит меня. 
Ирма отодвинулась и опустилась на всю стопу, глядя ему в глаза. Руки легли на его плечи.
- Я всего лишь человек. Прости меня за это. И мне просто страшно, что... не смотря на то, что я очень стараюсь, я не смогу сделать так, что ты будешь счастлив до конца здесь. Со мной. Что ты не сможешь назвать ни одно место домом здесь, пусть я буду рядом и буду... делать всё для этого. Понимаешь? - она печально улыбнулась, чувствуя, что глаза режет, а в горле встаёт ком.
С трудом сглотнув его и прикрыв на мгновение глаза, она крепче сжала руки.
- Нет ничего хуже беспомощности. И именно беспомощно я чувствую себя, когда... Ты даже не говоришь мне, как тебе помочь. Вот вроде и сама такая, да? Молчу и всё такое. Но мои-то проблемы - хрень собачья. Эмоции все эти. Тупые мысли. А ты... Что я могу сделать, скажи мне?



[icon]https://b.radikal.ru/b21/1803/5f/90f3d52030ba.png[/icon][nick]Irma Rossi[/nick][status]When you get older, plainer, saner[/status]

+1

13

Эрик замер, с лёгким удивлением смотря на девушку. Он словно бы удивлялся именно тому, что вместо ругательств услышал исповедь, да еще и с искренним вопросом, чем ему могут помочь. Затем выдохнул, улыбаясь и как-то по-доброму хмурясь, даже слегка ссутулил до безобразия гордую спину, скользнув руками в карманы пальто. Развел полы пальто и обхватил Ирму снова, укрывая обратно, умостив подбородок на кудрявой макушке. Тёплый кусочек мрака посреди узкой мощеной улочки.
- Моя Мона,- как-то тепло сказал он.- Вот, что тебя беспокоит.
Эрик улыбнулся, а затем, прикрыв глаза, помолчал какое-то время, слегка покачиваясь с девушкой из стороны в сторону. Он думал о чем-то и как только пришел к решению, замер, слегка подглядывая за волосами Ирмы.
- Этого не нужно заменять. – просто сказал он. – Если мне дадут шанс вернуться, я не воспользуюсь им. Потому что приобрел больше, чем потерял. – пауза. – Если бы у меня не было дома, я бы не приходил к тебе раз за разом, непонятно зачем, сидя у дверей.- он помычал, точно бы прикидывая, правильно сказал или нет.  – Или за дверями.
Он тоже много чего боялся. Там, глубоко про себя. Однако, все, что он сказал, являлось правдой. Ирма делала что-то, постоянно и неотвратимо, даже если и не присутствовала с ним или около него в прямом смысле слова. С самой их первой встречи до последней секунды взгляда на нее она что-то меняла в нем. И он уже не Крысолов из Хамельна, тягающий по вторникам за косу Рапунцель, уводящий детишек к лучшей жизни, кричащий Нильсу на гусе, чтоб и не возвращался вообще и внезапно метким броском сбивающий в полете рядом летящего воробья. И даже не Эрик Галлахер-кто-не-пойми без флейты, с бывшей женой и осколками в душе. Медленно он становился частью ими созданной семьи и мира, созданного для них же.
Он понимал ее и одновременно поливал все это Эриковской философией сверху.
- Лучше береги себя. Потому что это мне уже ничто не заменит. – Про «никто» и говорить не стоило. Эрик посмотрел вдаль как-то серьёзно, прижимая Ирму к себе слегка теснее. Наверное, заметь любой этот взгляд, понял бы или хотя бы заподозрил, что перед ним не человек. Затем он отпустил Росси и слегка отошел назад. Пальто соскользнуло с ее тела и вновь окутало Эрика тьмой. Он вытащил из кармана бутылку с водой и протянул Ирме.
- Водички? – он открыл крышку и противоречиво глотнул сам. – И если хочешь поговорить, можешь просто позвонить! – Крысолов прищурился. – Или обернуться.
Он снова шагнул к ней и присел на корточки, смотря снизу вверх.
- Ты хочешь мне сказать что-то еще? Или хочешь, чтобы я сказал? – улыбнулся.
[icon]http://sa.uploads.ru/t/LQaAX.jpg[/icon][nick]Eric Gallagher[/nick][status])[/status]

+1

14

Услышать что-то подобное в своей жизни и понять, насколько это важно - бесценно.
У этой любви была романтика, да, было много глупого сказано и подумано, много глупого сделано, но любовь между ними была очень зрелой, пусть они много шутили по поводу друг друга, своей свадьбы, своих отношений, даже по поводу будущих детей.
Зрелость эта выражалась в том, какие чувства они доносили друг до друга какими-то, казалось бы, простыми жестами, простыми словами. Мимолётные формулировки, на которых, вроде, ни один нормальный человек не заостряет внимание, а им уже всё понятно друг про друга.
От водички она отмахнулась, аккурат в тот же момент, когда Эрик отпил, улыбаясь ему в ответ.
- Ты сказал достаточно, - она заботливо поправила его волосы, рассмотрев его лицо. - Для моего спокойствия по этому поводу точно. Но если ты поймёшь, что сказал не всё - скажешь. Хорошо? По поводу всего и ничего.
Те забавные моменты, когда она выше. А вообще к чему он тут расселся, а? Ну всё, тут явно какой-то замысел, как всегда. Ирма вопросительно изогнула брови, уперев одну руку в бок.
- Что ты задумал, кстати говоря? Не вздумай нести меня, - она погрозила ему пальцем свободной руки, - если мне и понадобится извозчик, то точно не сейчас. Дай мне порадоваться тому, что мой вес ещё в пределах нормы для моих костей и мышц...слушай, а вдруг я потолстею?
Она округлила глаза и посмотрела куда-то над Эриком.
- Вот это будет не очень-то, - она скривилась. - Но не, неее. Не с моим образом жизни и не с моими нервотрёпками.
Ирма отмахнулась от этих мыслей, тряхнув головой.
- Ладно, не будем об этом. Скажи лучше, пока дорога-то совпадает или не особо? - она посмотрела на отметки, которые ещё и подсвечивались маленькими лампочками впереди. - Как-то это выглядит слишком...витиевато. С одной стороны, это бы позволило ему собрать больше детей, но с другой стороны...они же все были на празднике. Какой смысл так петлять? Это похоже больше на откровенную туристическую замануху, чтоб побольше местных лавочек обойти. О, неееет.
По улице шёл парень, разодетый в разноцветное тряпьё, а позади него разодетые в крыс аниматоры. Он дудел что-то слишком уж весёленькое, подмигивая прохожим и улыбаясь. Эдакое местное шоу. Но дудел, откровенно говоря, не очень-то приятно. Хотя людям нравилось, они его фотографировали и показывали на него пальцем.
- Чёт он толстоват, - скептически оглядев прошедшего мимо "Крысолова" Ирма поглядела на Эрика. - И низковат. Могли бы найти кого посимпатичнее. Или тот Ганс половину крыс съел по дороге?
[icon]https://b.radikal.ru/b21/1803/5f/90f3d52030ba.png[/icon][nick]Irma Rossi[/nick][status]When you get older, plainer, saner[/status]

+1

15

Эрик улыбнулся, смотря на Ирму еще теплее, стоило ей только его коснуться. Конечно, скажет, куда он денется. И, кажется, его коварный план рассекретили на раз два четыре шесть, а он плохой конспиролог. Эрик поднялся, оборачиваясь и разглядывая процессию.
- Ого. Остановите меня кто-нибудь. Сейчас я его… –  Безэмоционально сказал он. Эрик вдруг подозрительно так замолчал, а затем вспыхнул идеей. – О, боже мой! Я всегда мечтал поговорить сам с собой!
Галлахер деликатненько на всех парах подтрусил к мужчине, передразнивая его шаг и идя с такой же скоростью.
- Приветуль. – улыбнулся Крысолов Крысолову. – Как делишки, я смотрю не плохо, а будут еще лучше. – утвердительно заверил его Эрик. Мужчина не остановился, видимо не впервой было. Аниматоры – душа любой компании и улыбнутся каждой твоей шутке. – Послушайте, вы в курсе, что по новым данным, у Крысолова имелась жена?
Аниматор оторвался от дудочки и улыбнулся Эрику, сказав что-то по-немецки. Галлахер тоже перешел на подозрительно растянутый акцентом немецкий и принялся что-то объяснять, очень уверенно и настоятельно. Аниматор задумался. Затем засмеялся и махнул рукой, отрицательно покачав головой. Тогда Галлахер обернулся к крысам. Крысы вот почему-то с ним согласились. В конце ему показали куда-то рукой и Эрик, кивнув, вернулся к жене.
- Нет, прикинь, не было у меня братьев. – Эрик покачал головой. – Я так и знал, что приемные. Вот что-то подсказывало. Или это я приемный? – Крысолов задумался, наблюдая за процессией. – Костюмчик смешной такой. На пижамку пох… Если я буду в таком спать, как думаешь, моя жена все еще будет меня любить? – доверительно нагнулся к Моне Галлахер. Затем улыбнулся, указав куда-то. – Пойдем, зайдем там кое-куда. Насчет дороги – нет, конечно, все не так. Я вообще не понимаю, почему путь настолько большой. Видимо мимо его достопримечательностей всяких проходит. Может, стоит сначала заглянуть в библиотеку и посмотреть имеется ли у них наметки настоящего пути?
Крысолов задумчиво взял Росси под руку.
- Мне стоит рассказать, как все было? -  он расслабился и больше не чувствовал давление города, как это было всего то получасом ранее. С Ирмой ему было комфортно и спокойно находится на его улицах и пытаться раскопать собственную историю.
- Я говорил уже, что мы были знакомы с твоим отцом? И с тобой? – он закатил глаза, покачав головой, словно что-то вспомнив. Затем тыкнул снова вперед. – Там музыкальный магазин. Я хочу, чтобы ты выбрала, я даже, пожалуй, на улочке постою.
[icon]http://sa.uploads.ru/t/LQaAX.jpg[/icon][nick]Eric Gallagher[/nick][status]5[/status]

+1

16

Ирма закатила глаза, смеясь наблюдая за тем, как Эрик отправился на беседу "с самим собой". Она сложила руки под грудью, наблюдая за ним, как за ребёнком. Он иногда и вправду вёл себя, как маленький, но именно это делало его самим собой, поэтому ей окончательно стало спокойно за него. Ему полегчало. А раз полегчало ему, то и ей самой можно расслабиться.
Он вернулся с вопросом о пижаме и Ирма задумчиво потёрла подбородок.
- Нет, думаю, с таким ужасом она точно не сможет смириться, - она покачала головой, - тебе нужна другая жена и я предлагаю свою кандидатуру. Немного беременная, но зато пижаму такую точно оценю.
Росси рассмеялась, идя с ним под руку в направлении...чего? Ну, чего-то. Пусть будет что-то.
- О, это будет несомненно отличная история, но, думаю, мы можем отложить её до менее людного места. Я ею делиться со всеми этими обывателями не очень-то хочу, - она погладила предплечье Эрика. - Это слишком важно.
Женщина серьёзно взглянула в его глаза, уверенно кивнув, утверждая собственные слова как истину в последней инстанции.

Ответ на первую часть вопроса был и так очевиден.
А вот на вторую...
Ирма удивлённо вскинула брови.
- Правда, что ли? Погоди-ка, погоди, ты меня видел? - она похлопала глазами, тряхнув головой. - Серьёёёёёзно? Вот это совсем неловко сейчас...
Он перевёл тему. Слишком быстро. Она даже не сразу поняла, о чём речь, но когда поняла ещё больше удивилась, но ничего не сказала, просто согласно кивнув. Это не просто какая-то покупка и совершенно не простой акт. Это вот уже совсем серьёзно. Может даже серьёзнее кольца. Инструменты просто так не дают выбирать, тем более, что для Эрика это совершенно не простой инструмент. Это символ. Да, ей, вроде как, удалось донести до него мысль, что его собственная уникальность совершенно не в его какой-то там флейте, которая у него была когда-то, а в нём самом, но... для него это действительно важный инструмент в целом.
Дело совершенно не в умении на нём играть.
Дело в том, что именно её звуками играет его душа и его сердце. То, что он захотел обзавестись инструментом, говорило, что Эрику это было уже необходимо. Звучать полноценно через трели флейты.  До конца показывая себя.
- Но перед этим расскажи-ка о нашей первой встрече. Я не помню. Я совсем маленькая была, что ли?

[icon]https://b.radikal.ru/b21/1803/5f/90f3d52030ba.png[/icon][nick]Irma Rossi[/nick][status]When you get older, plainer, saner[/status]

+1

17

Эрик засмеялся, поймав ее пальцы и слегка сжав.
- Поверь, годы идут, ничего почти не меняется. – он задумался. – Почти. Маленький кудрявый пацаненок врезающийся в высоких меня.

Эрик уставился на мелкую мелочь. Мелочь подняла карие глаза на него, затем, толи пробурчала извинения, толи послала его к звездам и тихонько ушла восвояси. Галлахер обернулся, провожая ребенка взглядом.  Улыбнулся так, чтобы никто не заметил.
- Ненавижу детей. – решил поделиться с Алонсо Эрик, даже на него не глядя. – Жуткие создания. Чтоб я когда-нибудь стал отцом – это люди должны всецело признать, что мои гены уникальны. – Галлахер похлопал себя по пальто, точно бы что-то отыскивая. – Дети. Лезут все такие. Шумные все такие. Или не шумные. Блондинистые. Или нет… Ненавижу детей. Не-на-ви-жу. – Эрик вытащил, наконец, из внутреннего кармана ручку. – О. На. Передай ей. Скажи, что она точно-обязательно-невероятно волшебная. Потому что, собственно так оно и есть. Только не приври чего-нибудь, писатель.
- Ей? – уточнил мужчина, улыбаясь мягко, но с хитринкой.
- Ей. У-у. – он похлопал мужчину по плечу. – Все так плохо? Давай, пойдем. – Галлахер обернулся, но не заметил больше девочку. Та скрылась, как и не было. – Напои меня теплым ароматным виски. С чаем. Слушай, что будет, если заварить чай прямо в виски?

Эрик хохотнул.
- Если тебе интересно – лучше так не делать. Лучше не делать. Хотя… - Крысолов задумчиво потер подбородок. – Не так уж и плохо было.
Он взглянул на дом впереди. Первый этаж отводился магазину музыкальных инструментов. Эрик продолжил, не отводя взгляда.
- Изменилось вообще-то, думаю. Но может этот пацаненок до сих пор там. – где именно «там» сложно было сказать. Может в том доме. Может в самой Ирме. Галлахер кивнул на магазин. – Что как?
[icon]http://sa.uploads.ru/t/LQaAX.jpg[/icon][nick]Eric Gallagher[/nick][status]54[/status]

+1

18

- Вот это да... - она потёрла переносицу, смеясь. - Ручка. Так вот откуда она. Так вот оно что. Ты там планов на меня настроил заранее. Ну ты вообще... Да ты продуманный парень, я смотрю. И каким по счёту я была вариантом? Две тысячи триста восемьдесят седьмым? Нет, зная тебя, восемьдесят восьмым, наверное.
Это было абсолютно безобидной шуткой, никаких намёков. Просто совпадение получалось забавное.
- Странно. Я тебя совсем не помню, хотя тогда я была...пожалуй что, в осознанном возрасте. Не особо маленькая-то... - она задумчиво покачала головой. - Но папа лжец. Он говорил, что я была похожа на девочку в детстве. А тут чё началось-то? Пацанёнок.
Она пихнула Эрика локтем в бок, показательно-обиженно хмурясь.
- Вот так вот ты с матерью своих детей. Я тебе это припоминать буду, когда они будут орать в шесть утра. И когда будут спрашивать, откуда берутся дети. Ооо, и конечно же тогда, когда кого-то из них бросит девушка. Ты будешь с этим сам разбираться. И никаких душещипательных мелодий, чтоб облегчить им страдания - БУДЕШЬ РАЗГОВАРИВАТЬ СЛОВАМИ ЧЕРЕЗ РОТ, - она ехидно улыбнулась. - Потому что неожиданно вернувшийся пацанёнок не сможет их убаюкать, сам не знает откуда они берутся и уж тоооочно не знает, что делать с разбитым сердцем в четырнадцать лет.
Она развела руками, остановившись перед витриной музыкального магазина и посмотрев через стекло на ассортимент. Это был действительно нормальный магазин, а не какая-нибудь сувенирная лавочка, но флейт там было...мягко говоря, очень много. Женщина резко стала серьёзной.
- Мда, это будет сложно, если честно... но ты сразу заруби себе на носу - я могу и не найти то, что будет нужно. И если не найду - извини, но, значит, не в этом месте.

Ирма скрылась за дверьми музыкального магазина.
Она отказалась от помощи консультанта, сказав, что ей нужно время и что она обратится за помощью, когда поймёт, что ей нужно на самом деле.
Флейты были всякие. Даже с какими-то особенными дизайнами, разных цветов, из разных материалов. Были совсем простые и совсем дорогие.
Она сразу поняла, что простая - не подходит. Он перерос такие давно. Они вернут ему чувство ностальгии на какое-то время, погрузят в детство, но это потом будет не нужно.
Дорогие слишком... вычурные. В них слишком много каких-то непростых характеристик. У них какие-то мёртвые цвета, мёртвый блеск, мёртвая идеальность. Даже визуально они не походили на то, что нужно. Слишком... слишком.

Она должна быть особенной.
Не снаружи, а внутри.
Банально так звучит.
Чёрная. Хорошо лежащая в руках. Удобная. От неё должна исходить сила. Её нужно представлять и на празднике, и в горе. Каждый её клапан должен быть идеально выверен, хотя может казаться неидеальным и даже как-то не так обточенным, может, поцарапанным.
Не в этом суть, конечно, но это всё... мелкие детали, в которых дьявол. Суть-то в звуке.
Парочка таких нашлась.
Три штуки, если точнее.
Визуально они походили на то, что нужно.
Ирма подозвала продавца и попросила его сыграть на них. Он почему-то спросил что именно. Женщина спросила сможет ли он повторить её свист. Он задумался. Кивнул. Она насвистела мелодию.* Он попросил повторить и она повторила. Продавец взял одну. Не то, слишком идеально. Другую. Не то, слишком уж просто она отдавалась продавцу. Третью. Хм. Она звучала ужасно. Как будто не хотела играть в его руках.

Ирма попросила его сыграть что-то своё. И он сыграл что-то такое, что вдруг зазвучало плохо. Она попросила его сыграть то же самое на тех двух. Получилось в разы лучше. Продавец пожаловался на то, что просто инструмент с характером, когда ему хочется, тогда и звучит хорошо, посоветовал взять вторую, мол, хорошо подходит всем, и начинающим, и профессионалам. Она попросила третью. Он покачал головой, рекламируя первую, потому что её делал какой-то там местный мастер. Она снова попросила третью. Он скривился, но смирился с её выбором.

Она вышла из магазина и протянула её ему ту самую, третью. В футляре. Оказалось, она ещё и последняя.
- Только у тебя и получится на ней сыграть, - Ирма пожала плечами. - Она устала от придурков, которые не умеют ей пользоваться.

*имеется в виду вступление из песни Other People.
[icon]https://b.radikal.ru/b21/1803/5f/90f3d52030ba.png[/icon][nick]Irma Rossi[/nick][status]When you get older, plainer, saner[/status]

+1

19

Эрик проводил Ирму взглядом и хмыкнул, складывая руки на груди. Ничего себе ему тут напророчествовали-напредрекли жизни веселой! Утешать. Словами. Как вообще его сына может бросить девушка? Это он ее бросил! И не надо никого утешать. Так подойдет и скажет: «Сын номер один! Это не она тебя, а ты ее! Понял? Молодец! А теперь сгоняй в магазинчик, а то я старый и мне на моей кресле каталке неудобно». Он точно купит себе такую. Накроет ноги пледиком, чтобы потом в подходящие моменты вскакивать и смущать гостей. А вообще, на самом деле есть еще несколько вариантов. Можно сделать все, чтобы девушка снова стала его девушкой и потом сын ее уже точно бросит. Или зачаровать ее и бросить. Или самому ее охмурить и бросить а сына. Переодеться сыном?
Когда Галлахер услышал свист, доносящийся из магазина, его сердце отреагировало как-то странно. Он словно бы смягчилось, пуская по телу волну слабости и на миг перестало биться. Эрик испуганно приложил руку к груди и сжал пальцами ткань рубашки. Это инфаркт! Точно! Но боли не было. Он подождал еще немного. Ощущения прошли. Крысолов нахмурился. В таком смятенном состоянии его и застала Росси. Она протянула ему футляр, и он нерешительно взглянул на него, отнимая ладонь от груди. Эрик хотел, чтобы флейту ему купила именно Ирма не просто так. Для него это значило очень многое. Очень. Он протянул руку и взял инструмент. Какое-то время посмотрев на него, открыл. Флейта посмотрела на него, он на нее. Оба окинули друг друга оценивающим взглядом.
- Ничего себе. Ты чего такая дерзкая? – приподнял Эрик бровь. Честное слово, он мог поклясться, что она подняла скептически ее в ответ. Он глянул на Ирму. - Вылитая ты, Мона, честно говорю.
Он улыбнулся, собирая ее. Присел, оставляя футляр на мостовой. Оглядел флейту в свете фонарей,наблюдая, как свет скользит по ее черному боку. Черная. Надо же. Эрик провел пальцами по клапанам,затем взглянул на Росси. Он шагнул к ней, обнимая и проскальзывая за спину. Он взял флейту так,чтобы та была прямо перед ее лицом.
- Смотри,-низким голосом на ее ухо начал он. Взял ее руку и мягко сжал пальцы на корпусе.- Чтобы взять самую низкую ноту, зажми вот здесь. И вот здесь.-он считал,что она ей подходит. И он знал, что ей она тоже покориться. Низкая, как из черно-белого фильма, тягучая, как из забытого нуарного фильма. - Самое важное дыхание. Для этой ноты это похоже на... - Эрик задумался. - Представь, что ты хочешь разбудить дорогого тебе человека и не знаешь, как лучше. И лишь слегка дуешь на его спящее лицо. Большего не нужно.
Он прижал Ирму ближе, накрывая своими пальцами ее.
- Хочу, чтобы первый звук между нами был именно твоим.
[icon]http://sa.uploads.ru/t/LQaAX.jpg[/icon][nick]Eric Gallagher[/nick][status]543[/status]

+1

20

Ирма почувствовала мурашки по коже.
Странная такая мысль прокралась в голову.
- У нас тут целый ансамбль, - озвучила её женщина, усмехнувшись.
Повторить то, о чём он говорил, было несложно. Представить, как будишь дорогого человека дыханием. Романтик чёртов, этот Галлахер.
С другой стороны, может именно поэтому он играл не просто так, а душой, чётко и ясно передавая эмоции, переживания, вкладывая в звуки музыки нечто запредельно важное и трепетное, ощущаемое любым, кто это услышит. Нота получилась какой-то особенно нежной и Ирма даже удивилась, вздрогнув от неожиданности. Флейта действительно звучала по-другому, не так, как у того парня. Вот не верь после этого в то, что у всех вещей есть характер, душа, энергетика или что там ещё.
Впрочем, здесь опять же играло важную роль то, что Эрик просто прикоснулся к ней. Флейта знала, что эти руки оценят её по достоинству и помогут ей заиграть как она всегда мечтала, точно бродвейская старлетка, которую никто не мог заметить.
Росси тихо рассмеялась, запрокинув голову назад.
- Волшебник, - уверенно сказала она. - Я тут не при чём.
Она пожала плечами, передавая инструмент прямо в руки Эрика.
- Попробуй сыграть что-нибудь сам, совсем совсем сам, в смысле. Для нас только.

[icon]https://b.radikal.ru/b21/1803/5f/90f3d52030ba.png[/icon][nick]Irma Rossi[/nick][status]When you get older, plainer, saner[/status]

+1

21

Эрик взял флейту и закатил глаза, легко засмеявшись.
- Знаешь, Мона, отрицая свою волшебную сущность, мы с тобой так далеко не уйдем. Не добежим, не доедем. Не доползем. Миссис Га-а-аллахер. – шутливо протянул он, взглянул на флейту, затем на Росси. Он впервые отнесся к ее этому «Волшебник», как к чему-то сугубо личностному или даже интимному. Или даже больше. Хотя людям кажется, что там уже и нет ничего «большего». Для него вдруг это ее прозвище показалось всем. Эрик усмехнулся и покачал головой.
– Слушай, может просто махнемся фамилиями? А то чего мы оба Галлахеры. Не интересно же. Давай теперь я буду Росси. Эрик Росси, терпимо вроде.- Крысолов говорил, но при этом смотрел прямо Ирме в глаза и думал, чувствовал совсем другое. Это было видно. В его взгляде читалась благодарность, теплота и любование. Он снова посмотрел на флейту, слегка повернув ее, от чего свет фонаря одиноким лучом проскользил по ее боку вновь. Та отозвалась готовностью.
«Какая ты красивая».
Эрик еще раз погладил пальцами инструмент. У него появилось какое-то странное чувство свободы. Он знал силу и могущество своей флейты. Той, что флейта Крысолова. Он ощущал ее. Знал ее уверенность в себе. А эта… Она была просто флейтой. И хотела лишь творить музыку. Эрик вдруг понял, что он теперь по-настоящему волен. От себя самого, от того, что придумали о нем люди и нелюди. От себя праздничного, вечно улыбающегося, от дуралея себя. От каких-то масок, что никогда не выдумывал намеренно, но точно бы, появлявшихся из неоткуда. Сплетенных чужими словами. Он даже удивленно выдохнул, поняв масштаб происходящего. Вот он. Какой есть. Вот его музыкальный инструмент. И вот его музыка. Это было похоже на самое начало его пути. На тот момент, когда он, еще не знающий флейты, играл на свирели, которую сделал сам, идя мимоходом и срубая тростник, что рос по краю реки. И долго пел звездам, сидя среди высоких трав на полях. Но в тоже время, это было лучше, чем там. Он был лучше. Эрик стал каким-то полноценным собой и без флейты. Мона была права. Это она выдумала или он выдумал, что флейта – его неразрывная половина, почти вся его душа. Галлахер поднял лицо и прикрыл ладонью глаза, молча жестом попросив Ирму ничего не говорить и не делать. Он улыбнулся, затем сжал губы и снова улыбнулся, хотя и не так уверенно. Затем отвернулся, убирая руку.
- Какая сложная просьба. – лукаво сказал он. Галлахер повернулся. – Знаешь, чтобы я не играл, все тебе. Разве можно придумать что-то одно? – он задумался. – Но если только знаешь как. Оставить ее в этом моменте.
Эрик поднял флейту, впервые посмотрев, как правильно ее поставить и как лучше. Их тут четверо «нас» и, наверное, это стоит учитывать. Крысолов легко и коротко вдохнул и, закрыв глаза, вступил небольшими, плавно танцующими нотами.* К вышине, но не резко, не далеко. Так, точно приподняв руки, ты ступаешь самыми носочками по кронам деревьев. Аккуратно и легко, словно тело не тяготит и весит ровно столько, сколько бы весил нежный шелковый платок в руках девушки. Свет не тревожит. Как и не тревожит жар. Их время – вечер. Когда в полумраке комнаты он сидел на полу, положив ей голову на колени. Незнакомке по сути, которая появилась в его жизни ненамеренно три раза, приказывая древним заклятиям мира сего, сплести их судьбы. Той самой магии, которая и по сей день жива, но которую могут использовать лишь немногие, хотя доступна она всем. Их время – вечер. Когда среди снежного леса он снова услышал шепот звезд, потому что рядом была она. Когда ждешь, хотя не хотел. Когда приезжаешь, хотя не звали. Потянуться мелодией вверх, как в каком-то медленном личном танце, коснуться руками неба, стирая облака пальцами. Их время – вечер, когда лежишь, нос к носу на тесном диване в доме ее жизни, в самом важном месте и читаешь по рисункам света и тени на ее лице что-то тайное, только тебе одному понятное. Когда отвозишь на древнюю часовую башню Лондона, показывая весь город и его огни.
Галлахер встал перед Моной на одно колено, и продолжить играть. Не сказать, что эта мелодия отличалась излишней сложностью. Но даже в простоте виделось его мастерство. Он ей не скажет, что она, похоже, была единственным вариантом. Куда там остальные числа.  Пальцы, словно созданные для этого дела ловко скользили по клавиатуре флейты. Флейтист, сын палача. Даже в их мире это было несколько неправильно.
Легким вибрато он завершил эту мелодию, оставляя ее во времени, в месте, в них самих, в камнях, домах, везде, до чего она могла коснуться.
Кто знает.
Иногда, проходя мимо по улице, можно услышать тихую музыку. Вам покажется, что это лишь тонкий мираж или мысли в вашей голове. Вдруг какая-то песня внезапно пришла на ум, вспомнилась или создалась из глубины. Заиграло что-то давно забытое, не зная, что так откликается сердце, на все еще звучащие ноты. И будут они звучать вечно там, где он проходил. Его мелодии всегда будто бы немного знакомы. Потому что они звучат во всех по разному. Для каждого лично.
И лишь для них сейчас звучание было единым. Одно на двоих.
Крысолов опустил флейту и, подперев щеку кулачком, упираясь локтем в колено, взглянул на Мону. Улыбнулся.
- Что-то тянет еще разок сделать тебе предложение, но не хочу соблазнять. А то я знаю, что ты передумала и так и мечтаешь поскорей избавиться от стареющего нищего музыканта.

[icon]http://sa.uploads.ru/t/LQaAX.jpg[/icon][nick]Eric Gallagher[/nick][status]порядок чисел не определен[/status]

+1

22

Ирма улыбаясь смотрела на него и слушала.
Ей показалось, что ему легко дышать. От чего? Сложный вопрос. Может быть потому, что теперь у него была свобода. Простая человеческая свобода, которой так не хватало каждому такому...как он. Ирма пришла к мысли об отсутствии у них, существ, свободы довольно спонтанно, как-то раз сидя у компьютера, почитывая жёлтую прессу, ради забавы вроде бы, а вроде бы и для того, чтоб попробовать понять, что, в конечном итоге, из этих россказней может быть и правдой.

На них вешаются ярлыки. Им приписывают вещи, которых они могли не делать никогда или хорошо, делать, но мотивацию не пропишет никто правильно, если открыто не спросит. А кто будет спрашивать? Люди везде одинаковые. Люди везде будут считать, что они-то все лучше знают что и почему произошло, почему кто-то так поступил. Лишь некоторые, особенные люди, будут задаваться вопросами и вертеть ситуацию, пытаться встать на то или иное место, найдут варианты. Большинство будет считать за аксиому пассажи, которые кто-то выдал когда-то давно.

Эрику могли приписать что угодно. Пририсовать ему злодейство в крови, подчеркнуть у него отсутствие глубины, ведь кто весел - тот глуп, выделить в нём глупость, намеренно. А ведь он не такой. Он такой же как и все: разный. У всех его граней есть объяснения. У всех брошенных фраз.

Её даже взяла какая-то гордость за то, что она видела в нём так много. Что он мог быть с ней честен и прост. Мог быть самим собой.

Из этих мыслей её вывело какое-то движение, которое она уловила периферическим зрением. Ирма повернула голову и увидела то, что никак не ожидала увидеть. Она сжала плечо Эрика и кивнула ему в сторону дороги.

Люди точно так же ходили по улице, не обращая внимания на происходящее параллельно с ними. Они не видели этого. А вот Эрик с Ирмой видели. Бредущие по улице дети. Какие-то одеты бедно, какие-то побогаче. Они зачарованно шли по дороге вперёд, ведомые неизвестной чародейской силой. Полупрозрачные силуэты даже проходили насквозь некоторых прохожих и те начинали оборачиваться или ёжиться от холода. Их губы расплывались в бессмысленных пустых улыбках. Росси никогда ничего подобного не видела. Один мальчик вышел из музыкального магазина и посмотрел на неё, она была готова поклясться, что он её увидел и рассмотрел как следует. Она невольно отошла на шаг назад, но он ограничился этим коротким, пусть и внимательным, взглядом и пошёл дальше. Правда вот сквозь неё, что заставило её сложиться пополам от сильной головной боли и звука флейты, который она расслышала ужасно хорошо.

Флейта действительно звала.
Что-то произошло, когда Эрик сыграл. Видимо, порвалось пространственно-временное покрывало, которое трепетно укутывало те события, что здесь произошли. Из-за чего? Может, это было её свойство? Может, это случилось потому, что они хотели узнать правду? Ирма приложила руку к голове и повернулась в сторону, куда шли дети, пошатнувшись, а потом развернулась к Эрику.
- Ганс там, - уверенно сказала она, - идём. Я в порядке, просто слышу его. Очень громко.
Может быть потому, что у неё внутри уже дети, если разобраться? Может потому, что она в принципе неплохо слышит музыку? Кто знает.

Как она и предполагала, путь по которому Ганс вёл детей, разительно отличался от отметок в городе. Он был короче и ясно вёл к выходу из города. Но куда?


[icon]https://b.radikal.ru/b21/1803/5f/90f3d52030ba.png[/icon][nick]Irma Rossi[/nick][status]When you get older, plainer, saner[/status]

+1

23

Эрик внимательно посмотрел на Ирму, пробегаясь взглядом по ее лицу, оценивая правдивость сказанного.  Кивнул. Если она уверенна, что все хорошо, то ладно. Но Галлахер и сам следил за этим. Если подумает хоть на миг, что Росси сказала ему все в несколько ином свете, возьмет на руки, за руки, за шиворот и унесет в дали дальные. Он откинул полу пальто и заправил флейту за шлевки брюк.
- Слышишь значит. – Галлахер посмотрел на детей. На вереницу серых лиц. Он не слышал ничего. – Хорошо, пойдем.
Казалось, что в появлении призрачных детей он не видел ничего удивительного. Может, даже, был готов к чему-то такому. Крысолов поправил воротник пальто, поднимая его выше и зашагал на один шаг быстрее Росси. Чтобы там ни было, он, допустим, был к этому готов. Ничего себе. Его волнует, что будет с его спутником. Наверное впервые в жизни. Галлахер снова бросил взгляд на Ирму и посмотрел на процессию. Они свернули от отметок к старому зданию бумажной фабрики и дальше, мимо фармацевтического пункта к выходу из города. Он чувствовал отчего-то сейчас Крысоловом. Сосредоточенным, созданием, оправдывающим  слова о более чем столетнем существовании. Он заметил впереди проблески реки. Везер. Значит черта города вот-вот уже на подступе.
- Послушай. – коротко сказал он. – Я понимаю, что ты бережешь себя. Но так же понимаю, что нам свойственно поступать исходя из нам присущих черт. Беременная девушка гораздо более уязвима во всех этих планах. – Крысолов кивнул на детей. – Аккуратнее, хорошо? Чтобы там не было. Даже если вдруг что-то станется со мной. – Галлахер погладил Ирму между лопаток и притянул коротко к себе.
Они шли за детьми, ведомые чарами. Эрику хотелось посмотреть на то, что или кто такое Ганс. Будут ли они похожи, как он поступил с детьми. И вообще. Но в тоже время не чувствовал волнения. Они вышли за город.
[icon]http://sa.uploads.ru/t/LQaAX.jpg[/icon][nick]Eric Gallagher[/nick][status]5432[/status]

+1

24

Ирма кивнула. Она бы и сама не стала подвергать себя риску: она за слишком уж многих несёт ответственность. Человека четыре наберётся как минимум. Если её не станет, то проблем будет выше крыши.
Детей становилось всё больше, река всё ближе. Они сворачивали к мосту через неё. Значит, он перевёл их на тот берег. Флейта становилась всё настойчивее и Росси было ужасно тяжело её слышать.
- Эта мелодия ужасно навязчивая, - пробормотала женщина, кривясь. - Ты бы такое не сыграл даже будучи абсолютно вышедшим из ума... Она напоминает одновременно...крик ребёнка, птичью трель... и какой-то скулёж побитой собаки, которую хочется пожалеть.
Сейчас очень хотелось закурить.
Наконец дети стали собираться в одном месте. Они уже вышли на территорию парка Янсен. Наверное, здесь раньше было что-то другое.

Наконец стало видно и самого Ганса. Он был похож на Эрика телосложением и даже чертами лица немного, но совершенно другим. Да, он был высоким, худощавым, был одет ярко. У него были очень тёмные глаза и каштановые волосы средней длины. Он играл и на его бледном, красивом лице было какое-то отсутствующее выражение, словно он и сам был загипнотизирован. При ближайшем рассмотрении, а Ирма не удержалась и подошла к нему почти вплотную, минуя силуэты детей, она поняла, что он просто... просто играл то, что должен. Делал то, что его обязали делать. Это как выражение лица человека, который нажимает на кнопку запуска ракеты в населённый пункт из которого ещё не всех эвакуировали.

- Он знает, что не может ослушаться приказа, - пробормотала женщина, невольно коснувшись его плеча.
Рука прошла насквозь. По-другому и быть не могло.
Хотелось остановить его.
Сказать ему, что он поступает неправильно.
Какие-то глупые такие желания.

Он убрал флейту от губ и сглотнул ком в горле, закрывая глаза.
- П... приятного... Аппетита, - пробормотал он тихо.
Ирма отошла назад.
Какая-то тварь подошла к Гансу сзади. Лысый, уродливый покрытый только какой-то тряпкой. Его пасть казалась какой-то неестественной и Ирма поняла почему. Она открывалась и вдоль. И поперёк. Он показал свои зубы и завопил и сотни таких же тварей накинулись на детей, которые даже не кричали. Стояли как вкопанные и молчали, пока их буквально разрывали на куски. Ирма зажмурилась, чтоб не смотреть на это и снова перевела взгляд на Ганса. Она присмотрелась к нему и отрицательно покачала головой.
- Это не мужчина, это женщина, Эрик, - она приложила ладонь к губам. - Женщина. Смотри. Фигура. Нет кадыка. Пальцы. Просто она прикидывается мужчиной. Это женщина... но зачем? Зачем? Почему она им подчиняется?
Ответ не заставил себя долго ждать.
Существо за её спиной положило руку ей на плечо.
- Аменхотеп не тронет ваш город, но Аменхотепу нужно кормить семью. Аменхотеп должен идти дальше. Аменхотеп ищет свою Госпожу. Ты пойдёшь с нами и с Аменхотепом. Ты и твои волшебные инструменты. И все твои дети. Если ты не пойдёшь, Аменхотеп и семья вернёмся в город. И твои сыновья умрут.
У "Ганса" задрожали губы.
- Хорошо. Хорошо. Я понимаю.
Ирма закрыла глаза рукой и покачала головой, чувствуя, как видение рассеивается.
- Какой кошмар.


[icon]https://b.radikal.ru/b21/1803/5f/90f3d52030ba.png[/icon][nick]Irma Rossi[/nick][status]When you get older, plainer, saner[/status]

+1

25

Стоило только Недокрысолову произнести это «Приятного аппетита», как Эрик дернул Ирму на себя и все остальное они уже наблюдали так. Ведение, не ведение. Он почувствовал ужас на миг от того, что Росси могут ранить сейчас, как бы то ни было. Физически или ментально.
На все происходящее он смотрел без каких-либо эмоций на лице и похоже, даже не моргал. Потому что стоило тому рассеяться, он, наконец, оторвал руку от Моны и потер глаза, болезненно поморщившись. Почему-то ситуация не оправдывала его ожиданий. Но так было и легче и сложнее одновременно. Легче, потому что он стирал и вырывал из списка почти половину вопросов. Сложнее, потому что…

Он взглянул на Ирму. Затем на пустующее пространство перед ними.

- Аменхотеп. Надо же. – удивления однако в голосе не было. -  И кто бы мог быть его хозяином? Бог или Боги? – Крысолов обернулся, словно бы мог увидеть, уходящих из города. – Кто она? И почему ее музыка чарует? Мог ли это быть мой инструмент и если да, почему здесь? Если нет… - он пожал плечами. – Не понимаю.
Он снова посмотрел на Росси.
- И обычные люди могли гипнотизировать звуком. Те же бедуины. Но не настолько сильно. Дети как будто бы и не думали ничего или думали совсем другое. Может она не человек?
Эрик вздохнул. Как в его случае. В его случае было именно так. Они были счастливы, когда умирали.  Заходили в воду, думая о том, чего всегда желали. Он прикрыл глаза и нахмурился. Ему не нравилось, что он начинал что-то чувствовать по этому поводу.
- Ты в порядке?
Эрик снова достал из кармана пальто водичку.
- Пей, женщина, ничего не хочу знать.
[icon]http://sa.uploads.ru/t/LQaAX.jpg[/icon][nick]Eric Gallagher[/nick][status]5432[/status]

+1

26

Ирма взяла бутылку и сделала несколько глотков, глядя в пространство перед собой, задумчиво-зачарованно. Она такого никогда на себе не испытывала, по правде сказать, и думала, что её такое напугает, по правде говоря. Но оно не пугало. Оно... просто случилось и её сознание как-то до безобразия просто всё это восприняло.
Она начинала пугать саму себя этой лёгкостью восприятия. Будто бы такое каждый день происходило, ага. Может она просто подсознательно была готова к чему-то подобному всегда? Так или иначе, она не была напугана. Ей хватило того, что головная боль ушла вместе с флейтой и она чувствовала себя вполне неплохо.
Женщина поморгала, потёрла глаза большим и указательным пальцами, покачала головой. Затем развела руками и опустила их резко, хлопнув себя по бёдрам.
- Пиздец, - ругнулась она, хмурясь. - Вот я другой слово сейчас правда не смогла подобрать, Эрик, прости меня. В порядке я.
Ирма отмахнулась.
- Он сказал волшебные инструменты. Значит, он был не один. Инструмент. Возможно, они заколдованные сами по себе. У неё были дети, это тоже ясно из рассказа. Если верить легендам, которые я ещё читала, перед тем, как мы сюда поехали... я не стала тебе говорить, но здешний Крысолов - не единственный, кто славился тем, что увёл сначала крыс, а потом детей. По правде сказать, были не только те, кто уводил сначала крыс, были те, кто целенаправленно приходил за людьми. Потом они пропали, эти неизвестные музыканты. И там была флейта, волынка и ещё какой-то инструмент. Если предположить, что это всё она - то она точно не могла жить так долго, будучи простым человеком. Если это, например, её потомки, то они все служили этим тварям. За защиту или что-нибудь ещё. И я не уверена, что хочу знать, что это за договор такой... который обязывал делать что-то подобное. Так долго.
Женщина по привычке похлопала себя по карманам, в поисках сигарет, и опять ругнулась, только уже тихо и более раздражённо. Вот что значит "уши в трубочку сворачиваются" от желания закурить. Ирма зашипела недовольно, пнув какой-то маленький камушек.
- Как бесит, когда видишь такое и исправить ничего не можешь. Я люблю и ненавижу такие дела. Когда тебе уже известен результат и ты видишь как это сделано, кем, когда... Так по-идиотски хочется что-то поменять.

[icon]https://b.radikal.ru/b21/1803/5f/90f3d52030ba.png[/icon][nick]Irma Rossi[/nick][status]When you get older, plainer, saner[/status]

+1

27

Смотревший до этого слишком внимательно и вдумчиво, Эрик вдруг улыбнулся.
- Ой, да ничего, я спрошу у Эрика, вдруг простит. Эрик? – Галлахер нахмурился. Задумчиво постучал указательным пальцем по губам. – Нормально. – махнул он рукой. Ему почему-то до умиления понравилась ее ругань сейчас. Крысолов потер подбородок. Похоже он превращается в придурка. Тех самых, что вот так вот умиляются всякой дури. Кошмар. А что дальше? Конфеты, цветы, признания в любви? Может еще и предложение сделает? Нет, нет, до такого не дойдет.
Галлахер махнул рукой в жесте умирающего лебедя куда-то в сторону города.
- Предлагаю пойти обратно в город, передохнуть и собраться с мыслями. Быть может все обсудить более детально. Вы это любите все. Расставлять мой маленький уютный хаос по своим полочкам. – Эрик забрал бутылку из ее рук и пробежался пальцами по ее пальцам, слегка сжав. Он понимал Ирму в каком-то смысле. О том, чтобы видеть что-то, но не иметь возможности это что-то изменить. Крысолов слегка подтолкнул ее в обратном направлении.
- Я понимаю, но кто знает, может быть история еще продолжается. – отозвался он. – Что именно написал твой отец?
Эрик огляделся по сторонам и они вышли на пост, переходя обратно на необходимый им берег. Чем дольше с Ирмой, тем больше он походил на какого-то пса-охранника. Поил чаями, вырезал колыбель и отдельные дудочки из березы, чтобы играть детям, выглядывал, вынюхивал, выслушивал опасность. Все чаще закатывал глаза на самого себя.
- Рассуждай вслух. Мне так тоже думается лучше. Куда пойдем? В кафе, в библиотеку или в гостиницу? В конце концов мы здесь не на один день, а самочувствие… В общем. Решай. – Галлахер прищурился, но не увидел, сколько времени показывают часы на небольшой башенке, возвышавшейся над крышей. Он достал у Ирмы из кармана телефон. – Тысяча девятьсот тридцать один. – Эрик нахмурился. – Долго бродим. – он умостил телефон обратно. – Знаешь, я не сомневался в том, что ты воспримешь все происходящее… Со мной, с миром… адекватно. Почему-то не сомневался. Мог бы промолчать по этому поводу, но хочу, чтобы ты знала.
Они вышли на набережную, и Эрик повел ее дальше.
- Договор. Дай подумать. – Крысолов протяжно хмыкнул. – На самом деле здесь может быть все. Что угодно. Подчинение богу, фолкс, подчиняющийся укротившим его, насчет остальных существ. Если бы я достаточно хорошо в этом разбирался, было бы легче.
[icon]http://sa.uploads.ru/t/LQaAX.jpg[/icon][nick]Eric Gallagher[/nick][status]5432[/status]

+1

28

- Я хочу солёной жареной клубники с селёдкой и шоколадом со вкусом перца чили.
Она серьёзно посмотрела на Эрика с ещё таким выжидающим выражением, мол, чего стоим, кого ждём, исполняй. Когда он уже вроде даже сделал шаг вперёд, она рассмеялась и покачала головой, остановив его.
- Да шучу, - она свела брови. - Как-то захотелось разбавить обстановку. У отца про это не было информации, но он подозревал, что легенда с тобой не связана. Ну как не связана?... Очень слабо связана. У него были записи о других случаях, я порылась, нашла что-то...Но, на самом деле, это же было средневековье. Там проблем было выше крыши. От войн и чумы до поиска отхожего места и придумывания нового способа избавиться от вшей. Думаю, именно поэтому эти случаи мало кто замечал так, чтоб провести какие-то параллели. Может, кто-то и проводил, а мы не знаем. Википедия проводит связь между легендами, но, как всегда, это не самая подтверждённая и проверенная информация. Нам же, подозреваю, пичкают ровно то, что мы имеем право знать. Обычным людям, в смысле.
Ирма запустила пальцы в волосы, потирая пальцами голову от тяжести мыслей. Буквально недолго, до момента облегчения.
- Знаешь. Я правда воспринимаю это как-то... без нервов. Когда эти мальчики, Охотники, рассказывали мне обо всём, я тоже сразу всё поняла и приняла. Не во всё поверила, может быть, с первого раза, но я понимала, что о таком не врут. Они вообще такие... знаешь, беззащитные. Не в смысле физически, а морально, что ли. Знаю, это не в тему немного, но я всё-таки хочу поделиться с тобой своими мыслями на счёт всего этого...да всего. Пусть будет, не хочу это оставлять в голове и переваривать в одиночку, - Росси развела руками. - Я всегда предполагала, что мир не прост. Что что-то есть над нами, но точно не какой-то конкретный парень типа Иисуса. Просто движущая сила. Предполагала, что есть какие-то необъяснимые штуки, что все легенды и мифы появляются не просто так. Когда мне это подтвердили, то я... вроде как... поняла, что, вау, я могу быть права в этом. Потом поняла, что правда была права. Твой рассказ на видео тоже меня убедил. Я же знаю, что ты сумасшедший, но не настолько, чтоб выдумать такое. Вот это всё... Что было сейчас. Это логично, что такое будут скрывать. Логично, что будут те, кому это нравится, кому не нравится. Что нужны силы, чтоб это контролировать. Где какая-то структура за, там и структура против. В случае с вами это СФ и Охотники. Либералы и радикалы, вроде того, да?
Она хмыкнула.
- Для меня всё это как-то...довольно последовательно вписывается. Всё объясняет. Всё логично. Я люблю, когда во всём есть логика. Она есть даже в тебе, как бы ты не прикрывался хаосом. Ты последователен, ты понятен. Необычен, чудесен - да, о да. И твоё существование в принципе объяснимо. Если предположить, например, что в твоём случае история родилась после событий в нашем мире, то... знаешь, это здорово. Люди придумали, что Крысолов отомстил за зло, учинённое над ним, за несправедливость, увёл куда-то детей, что их не видел никто. Это лучше, чем преступник, который скормил каким-то тварям кучу детей. Притом они ели их живьём, хочу напомнить, - она покачала головой. - Люди хотели верить, что всё не так плохо и их нельзя винить за это. Если это ты появился раньше... То это вообще замечательно. Ты подарил людям сказку. Ты жил там и сам не знал об этом. Но ты скрыл это чудовищное событие своей историей, заставил людей поверить в то, что не всё принадлежит тварям в темноте. Сам того не ведая.
Она остановилась и повернулась к нему, взяв его руки в свои.
- Эрик, - Ирма встретилась с ним взглядом. - Может быть, некому было тебе сказать, что ты нужный, что ты цельный, что ты - личность, всё то время, что ты был здесь совсем один и старался как мог вклиниться во всё это, понять, адаптироваться. Смотрел на то, что творят люди и не понимал, почему они делают это, почему они не могут поступать хотя бы не так отвратительно, пусть просто плохо, как в том мире, из которого ты пришёл. Может быть, никто не хотел пытаться понять тебя и твои страхи, что ты скрываешь за улыбкой и порцией весёлой, хорошей музыки, не пытался увидеть, как тебе одиноко и как тебе нужно понимание, забота, как тебе хочется просто быть и всё, вот таким, какой ты есть. Может быть, никто не хотел знать, каково тебе на самом деле. Какие мысли в твоей голове, какой груз на сердце, как это всё давит, эти рамки, в которые тебя загнали и из которых тебе так сложно вырваться.
Она чуть сжала его ладони.
- Может быть, некому было просто любить тебя. Не за что-то, что ты умеешь, не за что-то, что ты умел. Просто за то, какой ты есть. Некому, быть может, было просто обнять тебя и сжать твои руки, сказав, что всё будет хорошо и всё мы преодолеем и со всем справимся. И вот тут я. Я говорю тебе всё это. Я хочу всего этого. Я хочу, чтоб ты не боялся показаться слабым, не боялся быть собой, не боялся принимать решения, не озирался назад, пытаясь понять, каким тебе надо быть: собой тем или собой вот этим.
Она выпустила одну его ладонь и коснулась костяшками его щеки.
- Ты не один, мой милый. Ты больше никогда не будешь один. Ты можешь быть любым, каким ты себя чувствуешь. Ты можешь отдохнуть от всех этих попыток доказать самому себе кто же ты есть, от попыток найти ответы на такие неважные и глупые вопросы. Ты можешь просто жить, моя самая счастливая сказка. Ты понимаешь? - она очень заботливо улыбнулась. - И знай. Я пойму всё. Что бы ты не учудил, родной.
Она помолчала и вздохнула.
- Кажется, я сказала всё, что должна была.
[icon]https://b.radikal.ru/b21/1803/5f/90f3d52030ba.png[/icon][nick]Irma Rossi[/nick][status]When you get older, plainer, saner[/status]

+1

29

Эрик нежно прижал ее ладонь к щеке, обхватывая запястье и ласково заглядывая ей в глаза. Слегка погладил ее кожу большим пальцем, повернулся, целуя ладонь, и снова взглянул на Ирму, кажется, еще более тепло, если это вообще было возможно.

- Даже больше. – улыбнулся он. – Мне никогда не понять, откуда ты все знаешь.
Он провел руками по ее предплечьям, плечам, приближаясь к ней, делая всего лишь шаг, разрывая то расстояние, что их разделяло. Усмехнулся сам такой близости, наклоняясь, касаясь лбом ее лба. Едва дотронулся носом до кончика ее носа. Поднял взгляд к ее глазам, опустил, улыбаясь, и снова поднял. Уже не отрывая его, медленно встал перед ней на колени, скользя руками по ее рукам. Эрик слонялся перед ней весь день. Он не знал почему.  Ему действительно не понять, откуда она знает все. То, что было до, что есть сейчас и, кажется, что будет после. Казалось, она высказала даже его отношение к войне, от которой он бежал, как прокаженный, меняя сначала города, а затем и странны. Он всегда спокойно отзывался об этом, порой, даже смеясь, не сознаваясь, какой это был ужас для него. Из своего мира прямо в эпицентр того кошмара. Когда играешь, задыхаясь от слез и ужаса. Когда играешь на смерть детям. Просто так, без каких либо причин. Уже без причин. Точно бы напоминание о том, что он все таки их убийца, даже новый мир столкнул его с такой же ситуацией.
Он поднял одну ее руку, показательно переплетая их пальцы и слегка сжимая ладонь Моны. Наверное, он…
Эрик сглотнул, отводя взгляд. Слегка нахмурился, становясь серьёзным.

- Я… - он посмотрел на Росси. Затем, прикрыл глаза, вздыхая. – Я не настолько проницательный, как ты. Так что… - Эрик усмехнулся сам себе. – Кто знал, что это так тяжело. – он замолчал. – Ты очень красива, Ирма Росси. Наверное, не представляешь, как. Каждый раз, когда я называю тебя Моной, я вспоминаю, как обворовывая Лувр, стоял в пустом полутемном зале перед той самой, которая Лиза и думал поцеловать ее. Пусть то и всего лишь картина. Ну и сигнализация помешала. Каждый раз думаю, что все, так или иначе, вело к тебе. И наверное, это даже не выдумка, что, согласись, уже даже не романтично, а пугает? – он озадачено сказал куда-то в сторону. – Нет, серьёзно, если бы я знал, что мне предназначен какой-то худой нищий хмырь, я бы задумался о том, в каком бункере прятаться. – Галлахер снова поднял взгляд на Ирму. – Никогда не беспокойся, что я буду с кем-то другим. Не беспокойся, что уйду сам или не вернусь по каким-то сторонним причинам. Потому что я всегда вернусь. Всегда слышу, что ты меня зовешь. – Эрик протянул к ней руку, коснувшись кончиками пальцев подбородка. – И тогда слышал. – он слегка наклонил голову, улыбаясь. – У каждой сказки есть своя. И ты моя.
Эрик сложил ее руки вместе и обхватил своими сжимая.

- Ты не нашла сказочного героя, а стала частью его истории. Это вроде как навсегда, ты думай, ну. – он хохотнул. – Безобразие какое. – недолгая пауза, даже как-то необходимая в этот момент слилась с тишиной окружающих улиц. – Самая прекрасная девушка. Любимая. – он смотрел ей в глаза. – Желанная. Необходимая. Родная. Знаешь, - он приподнял брови. – Я могу потом взять справочник и просто подчеркнуть нужное, потому что английский слишком многогранный. Я скажу какое-нибудь слово, а ты еще по морде хлопнешь, да обидишься. – он снова засмеялся, слегка сжимая ее руки, тем самым говоря, что знает он, что не обидится.

- И если все это… - Эрик замялся. – Ты права. Как всегда. Я скучал по дому и скучаю, конечно же. – он серьезно взглянул на Ирму. – Не нужно думать, что я оттого не счастлив сейчас. Меня вообще-то там в тюрьму посадили. Но… - Эрик как-то замер. Его глаза потемнели, и он криво усмехнулся. – Получается ты единственная, кто меня понял. – он отвернулся в сторону, пытаясь что-то с собой сделать, но не выходило. – Я и не думал, что я настолько этого хотел. Просто быть хоть немного понятым такой, как есть. Мне не нужно  и никогда не нужно, чтобы люди считали меня каким-то сверх-умным. Ну, хотя бы, потому что это не так! – он засмеялся и как-то беззвучно заплакал. – Но я и думать не мог чтобы подумать… Что…  - он отцепил одну руку и всплеснул ею, зажмуриваясь и как-то тихо засмеявшись и одновременно с тем плача, повернулся к Ирме и уткнулся в нее, пряча лицо.

- Како-о-ой кош-шма..ар. – прерывисто доложил он. – Ты только посмотри… - он оторвался, вытирая ладонью слезы. – Позор семьи. – он засмеялся и заплакал еще сильнее. – ПФФФФ, а представляешь, я действительно им был. Ну в смысле… как. Не туда, не сюда. Занимаюсь все фигней какой-то, а до дела не доходит. И что? Я попытался хотя бы один раз доказать отцу, что хоть что-то могу и найти денег на лекаря для мамы и ТЫ ПОСМОТРИ ЧТО ВЫШЛО? – удивленно посмотрел он на Ирму. На его лице читалась боль, вперемешку со смехом от всех этой ситуации.

- Глупая история. А после сразу сюда. А после сразу в войну. А после сразу без флейты. Это… Да. Это было тяжело. Я и не думал. Что настолько. – он поцеловал кисть Ирмы и потерся о ней лбом. – Так много правильно и не правильно соединилось сейчас в единое. В…меня? Что мне даже как-то холодно и пусто. Места что-то много слишком.
Он вздохнул и медленно поднялся. Уставился сверху на Ирму.

- Поэтому я собираюсь его заполнить тобой. Пойдемте. Приличные люди не ходят в семь по библиотекам. – но с места не сошел. Погладил Ирму по щеке, затем утер влагу на своих и снова вернулся к Росси.

- Я люблю тебя.
Больше ничего не сказал. И даже смеяться не стал, хотя шуточек было слишком много. Просто смотрел на нее, понимая, что как-то все чертовски хорошо.
[icon]http://sa.uploads.ru/t/LQaAX.jpg[/icon][nick]Eric Gallagher[/nick][status]54321
Rattenfänger von Hameln[/status]

+1

30

Слова Эрика напоминали исповедь. Не ту, которая начинается с пафосного "Святой Отец, я согрешил" и долгого, монотонного - в лучшем случае, гордого - в худшем, рассказа о том, что произошло, как и почему. Это была искренняя исповедь, которую так и начинают: сначала, вроде бы, легко, вроде бы даже как-то шутя, а потом угасают, вспоминая, ощущая заново.
Он заплакал и от этого у неё сердце сжалось и дыхание спёрло на мгновение, но останавливать не стала. Он должен был это сделать. Возможно, он даже сейчас сдерживался, потому что ему было по чему плакать, было по кому плакать. И теперь было даже для кого.
Плакать в одиночестве бесполезно, от этого не становится легче. От этого только гаже. Ты плачешь, плачешь, плачешь и конца и края тому нет, теряется счёт времени, уходят силы. Ты успокаиваешься, да, но это не облегчение. Это как низкокачественный герметик: чуть-чуть время прошло - он уже пропускает холод.

- Позволь мне, - мягко сказала она, утирая совсем уж остатки его слёз, чуть наклонив его лицо к себе, рассматривая внимательно, чтоб ничего не осталось. - Я знаю, дорогой. Знаю. Сейчас пойдём в номер. Нужно отдохнуть.
Ирма кивнула.
- Хорошо.
Она взяла его под руку и почти что повела сама. Уверенно и близко. Какое-то время молчала, давая ему чуть-чуть времени, чтобы прийти в себя. Потом, притормозив на светофоре, улыбнувшись сказала:
- Мы даже идём нога в ногу, это совсем беда.

Сколько они шли и как быстро или как долго? Да кто считал. Да кто смотрел по сторонам вообще где-то, кроме как на том самом светофоре? Главное, что дошли. Ирма открыла дверь и впустила сначала Эрика, потом вошла сама, повесив на дверь "Не беспокоить" с обратной стороны. Женщина повела шеей и сняла пальто, взяв из сумки свёрток с одеждой. Она разделила вещи на те, которые предназначались Эрику и на свои. Ничего особенного: домашняя одежда. Футболка и штаны. Она быстро переоделась, сложив стопку одежды в шкаф, и коснувшись рукой живота.
Всё круглее и круглее. Какое странное чувство всё-таки. Она знала свою фигуру хорошо и изменения для неё казались даже слишком заметными. Эти прикосновения как-то успокаивали.
Она повернулась к Эрику.
- Примешь душ или так ляжешь? Я могу заварить чай, пока ты сходишь.

[icon]https://b.radikal.ru/b21/1803/5f/90f3d52030ba.png[/icon][nick]Irma Rossi[/nick][status]When you get older, plainer, saner[/status]

+1


Вы здесь » Special Forces » 2000-2020... » It’s gonna be OK