Special Forces

Объявление


ПАРТНЁРЫ И ТОПЫ


Рейтинг форумов Forum-top.ru Black Pegasus

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Special Forces » 2000-2020... » Break me down and build me up


Break me down and build me up

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Break me down and build me up
Stop right there
I've got a hole inside my chest

1. Место действия
Великобритания, пригород Лондона.
2. Время и погода
05.04.2020
+14, ветрено
18:00 и далее
3. Действующие лица
Кевин Лайтвуд (Розери), Александр Лайтвуд

Лучше поздно, чем никогда? Но как понять, когда момент безнадежно потерян?

+1

2

Этот день был странный. С самого утра странный.
Со странных снов, полных черной пустоты и крови на пальцах, что текла прямо изо рта. Ему опять приснилась собственная смерть, не больная и непонятная, просто смерть. Исчезновение. Растворение в черном ничего.
С утра, когда он проснулся в комнате один. От тишины, слишком громкой для их комнаты. Было пусто, было полутемно, по стеклу окна застучала утренняя весенняя морось. Все как обычно, вот только в комнате никого не было. Ни брата, ни волка. Кевин так и не смог уснуть, просто лежал и смотрел в пустоту кровати напротив. В голове роилось много мыслей, но все они были словно приглушены большой и мягкой подушкой равнодушия. Такой подушкой, что может быть мягким другом, а затем в одну секунду залепить рот и нос, лишая воздуха и медленно убивая. Равнодушие опасно, если не уметь с ним дружить.
Брат вернулся, как рассвело и прекратился дождь. Можно было снова вдохнуть полной грудью, отбросить страхи. Не ушел, не бросил, просто ходил по делам. Пусть хоть и в пять утра, с кем не бывает.
Но все же что-то не давало полностью расслабится.
Весь день мышцы сводило странным напряжением. На плечах словно лежал тяжелый груз, к земле прижимало что-то свинцово-тяжелое в груди. Хотелось выкинуть это все, сбросить, но Кевин просто не знал как. Кусал губы, вздыхал и дальше молчал, делая то, что они делали каждый день.
Солнце начинало клониться к западу, выглядывая иногда рыжим пятном из-за облаков. Тени удлинялись, а внутреннее напряжение все росло. Стали подрагивать расслабленные пальцы, из-за чего приходилось сжимать их в кулаки и прятать в карманы. Грудь сжимала странная невысказанность. Но кому и что нужно сказать, чтобы стало легче?..
Алек сказал что-то про то, что нужно съездить в магазин, кажется, в ветеринарный. Что-то там кончилось у Фореста и, раз есть время, то почему бы и нет. Кевин просто кивнул, залезая на пассажирское сидение и хлопая дверью. Шумный выдох на миг разрезал тишину салона, но затем открылась дверь с водительской стороны. Заурчал двигатель, размеренными каплями зазвучал сигнал поворота при выезде из гаража. Под колесами зашуршал асфальт.
Розери приоткрыл окно, позволяя хлесткому порыву прохладного ветра ударить по лицу, отбрасывая челку со лба и играясь с мелкими прядками. Замер на несколько мгновений, наслаждаясь упругими и невесомыми толчками по щекам и закрытым глазам, а потом повернулся внутрь салона.
- Братик, а где ты был утром?- тогда он так и не спросил, потому что слишком радовался от того факта, что Алек вернулся живым и целым. Могло случится многое, а его, Кевина, не было бы рядом. Он бы себе не простил такого никогда.
Ветер снова ударил по лицу, отшвыривая волосы и растрепывая их, будто невидимой рукой. Наверное, поэтому он и любил ветер. За эту иллюзию ободряющего потрепывания по голове.
- Нам нужно поговорить,- слова внезапно вырвались из груди. Кевин шумно выдохнул сквозь стиснутые зубы. Да, нужно. Нужно было давно, но надо хотя бы сейчас. Как раз, словно по шутке, они заперты в машине на трассе. И уход от разговора будет, буквально, смертью.

[icon]http://s5.uploads.ru/a72LO.jpg[/icon][nick]Kevin Lightwood[/nick][status]Deep deep hole in my chest[/status]

+1

3

Александру все больше нравилось бывать вне дома. Он давно не чувствовал этот особняк именно СВОИМ ДОМОМ. Впервые Лайтвуд понял, что его вдруг не стало. А может, никогда и не существовало.
— Вышел пораньше на пробежку, встретил Винса в парке, — он посмотрел на Кевина и снова уставился перед собой, смотря на дорожное полотно, — Извини, что не разбудил. После вчерашнего мне как-то не по себе, — в голосе послышалась вина, — Мне действительно нужно было проветриться одному. Ну, — он почесал кончик носа, — Не совсем одному. Форест просто не выпустил меня, а будить тебя я не хотел. Просто не спал всю ночь, — пожал плечами виновато. Личного пространства явно не хватало. Но когда это произошло? После вступления в Братство? Или после знакомства с Дунфаном? Им определенно давно стоило поговорить.
Алек неотрывно следил за дорогой и не сразу уловил изменения в настроении брата.
— Так мы вроде разговариваем, — осторожно сказал, глянув на Кевина, — Что случилось? Винсент успел вчера провести лекцию на тему «пора валить отсюда и жить как нормальные люди»? — улыбнулся, стараясь разрядить обстановку, — Или ты про Братство? Слушай, я знаю, что мы так толком и не обсуждали это и….что наши взгляды отличаются. Если ты не хочешь участвовать в этом, то я никогда не посмотрю на тебя косо и ничего не подумаю такого. Это твой выбор, и я его уважаю в любом случае, — он оторвал руку от руля и протянул, положив на плечо Розери и ободряюще сжав, — Ты прекрасно знаешь, как я отношусь к охоте, и это не то, что бы радовало Роберта. Но я такой, какой есть, и я сделал свой выбор в пользу не той команды, за которую отец. Иначе я просто не смогу жить и мириться изо дня в день, что происходит. Я не хочу подвергать тебя опасности, но в итоге все придет к тому, что на меня объявят охоту и дело не только в Братстве и других мастях, — он притормозил на светофоре и посмотрел в глаза Кевину, — Отец и мать сами назначат награду за мою голову, это вопрос времени, ты сам знаешь об этом. Кодекс не позволит им отпустить меня просто так. Это неизбежность. Выйти из игры ты всегда можешь, и лучше сделать это сейчас, пока не поздно.
Алек никогда бы не хотел подвергать его опасности, как и всю семью. Несмотря на то, что последняя поступит, игнорируя семейные узы или какие-либо родственные чувства. Он знал и боялся больше не самого факта ненависти и охоты уже на него самого, а выбора, который встанет перед ним. Убить, чтобы выжить. Умереть, чтобы выжил кто-то из них и закончить на этом. Но какой смысл в последнем варианте, если его смерть ни к чему не приведет. Умереть из-за одного только выбора без попыток изменить этот мир к лучшему. Бред какой-то.
[icon]http://s2.uploads.ru/QMhv9.png[/icon][nick]Alec Lightwood[/nick][status]We can feel so far from so close[/status]

+1

4

Наверное, так ощущается аритмия.
Когда твое сердце пропускает удары, а в голове, во всем теле пустота и тишина. И только свет, очень тусклый, но все же свет. Это было что-то невыразимо странное, сильное, буквально до слез трогательное. Его слова, его взгляд, его движения. И горечь, и счастье, и решительность, и обреченность. Буря чувств, которые Кевин не понимал, которые старался в себе всегда подавлять, потому что чувства лишь мешают сосредотачиваться и работать.
Но с Алеком это было бесполезно. Как бы сильно не было равнодушие, все эти эмоции рядом с братом всегда сильнее. Потому что любовь. В жизни это самый главный аргумент.
- Я не дам им убить тебя. И никогда тебя не брошу,- он выглядел абсолютно серьезно, да и говорил также. Он будет рядом до конца, до своего конца. Ну, или до счастливого, если так повезет. Что вряд ли, конечно, если смотреть на все то, что происходит вокруг. Семья будет против, все те из Братства будут против. Ну, тогда придется их убить. Пусть это будет несправедливо, особенно по отношению к семье, но... Но. Много "но".
- Я хотел... Просто...- слова было сложно подбирать, ведь это уже не прописная истина. И колотящееся где-то в горле сердце тоже не облегчало ситуации.- Мы вместе уже четыре года, почти четыре. Мы говорили... О разном. Иногда у нас были разные точки зрения на одинаковые вещи... На смерть, на убийства... И еще кое на что.
Боже как это было сложно. Вправлять себе вывихи не так сложно, как просто произносить эти слова.
- Я замечал, что ты иногда думал, что я хороший человек... Вынужденный делать плохие вещи. Как ты сам,- Кевин нервно облизнул пересохшие губы.- Но это не так.
Нервный смешок.
- Знаешь, я никогда не рассказывал тебе о своем детстве, о жизни до того, как мы встретились. Ты не спрашивал, а я считал, что это никому не нужно. Но я хочу, чтобы ты понял... И решил, нужен ли тебе такой человек рядом. Выслушай, пожалуйста. Все-таки, все мы состоим из прошлого, которое влияет на нас...
Он откинулся на сидение, закрывая глаза и медленно проводя ладонями по лицу. Никогда не рассказывал. Никогда и никому, да и некому было. Все хранил в себе годами, думая, что это бесполезный, никому не интересный хлам. И сейчас искать его в памяти было так странно.
- Я особо не нужен был моей семье... Мертвой семье. Думаю, отец решил, что почему бы и не оставить ребенка, находясь в бегах. Рано или поздно все умрем, что ж, можно дать шанс и ему. Вот так появился я. Особо не нужный, но все же существующий.
Небольшая пауза и снова смочить обсохшие губы.
- Мы часто переезжали. За семьей охотились, поэтому надо было притворятся обычными людьми. Никаких особо жестоких уроков, никаких вывозов в лес по ночам,- нервный смешок.- Ничего такого особо заметного. Сначала это и правда было неплохое детство. Я помню, играл с детьми... С нормальными детьми. Были игрушки, ненадолго, но были. Да, конечно были и тренировки, упражнения, изучение оружия... Я выучил как будет "спусковой крючок" раньше, чем как будет "яблоко". Но все же было что-то нормальное...
Пауза.
- Я ходил в школу. В начальную и в среднюю, в самом конце... Учился как обычный ребенок из небогатой семьи со строгим отцом. Ничего необычного. Пока у отца не началась болезнь... Что-то типа паранойи. Он думал, везде враги, везде опасность... Каждый человек мог быть СФником, каждый - существом. Мне запретили общаться с кем-либо кроме семьи... Но нам все еще нужно было поддерживать легенду.
Они остановились на еще одном светофоре. Запищал звуковой сигнал, торопливо пошли пешеходы. Кевин на миг затих, но продолжил.
- В мой одиннадцатый день рождения соседи пригласили нас на праздник. Было шумно, весело, много детей. Я не особо хотел играть, но один мальчик... Он постоянно тянул меня куда-то. Играть или бегать, разбивать пиньяту или идти к угощениям. Щипал меня, тыкал, толкал... Я рассказал отцу. И он дал мне пистолет.
Перед их машиной прошла мать с ребенком, весело подпрыгивающей на лужах девочкой. Парень проследил за ней взглядом.
- Я убил того мальчика. Застрелил в живот. Я помню, вся футболка была в крови... Мы срочно переехали тогда, но это стало, я думаю, сигналом для СФ. Мы продержались чуть больше года вместе, пока родителей не убили. А меня не было дома... Я не послушался и ушел к однокласснику. Видел, как выносили черные мешки из дома... Куча полицейских... Мы никогда не говорили о том, что делать, если кто-то спасется. Родители не верили, я просто не знал. Мне пришлось жить одному, ходить в школу, создавать иллюзию... Иллюзию, что я живу.
Он снова замолчал. Вспоминать было больно, но нужно. Даже такие моменты.
- Тогда я просто надеялся проснуться. Это стало моей... Целью, наверное. Проснуться на следующее утро и пережить день. Просто жить, просто выжить. А чтобы жить, нужно было есть... Меня кормили в школе. Но в воскресенье в школу не ходят. Тогда была суббота, я шел домой... Думал как будет плохо и что будет глупо умереть вот так, просто от голода. И я встретил мужчину... Он спросил, хочу ли я есть, а потом отвел к себе... И накормил.
Голос почему-то словно сломался. Ему не было стыдно тогда, не было и сейчас, но эмоции иногда подводят.
- Я убил его. Не знаю точно почему, просто... Почувствовал угрозу. Ее могло и не быть, но это ничего не исправит уже. Я не испытывал ни совести, ни стыда, ни огорчения, ни жалости... Ничего. Пустота. Равнодушие... И так каждый раз. Я не чувствую ничего, Алек. Мне не жалко, не горько, не обидно. Мне все равно...
Кевин глубоко вдохнул врывающийся в машину ветер, сжимая кулаки. Становилось легче, но нужно было рассказать до конца. И тогда станет совсем легко.
- Я случайно увидел письмо, говорящее о том, что твоя семья помогает тем, за кем ведется охота СФ. Терять было нечего, еще несколько дней пустоты и тишины вынести было бы сложно. Было немного страшно, ведь я не знал никого, все были взрослыми, а дети были с родителями или кем-то еще из семей... В тот день я один был последним и единственным. Немного давило, я слышал, как кто-то шептался о том, что я слишком маленький и можно не устраивать мне испытание. Они, как и ты, думали, что это будет травмой для моей детской психики, но...- Кевин тихо хохотнул.- Травмировать там уже было нечего. Я убил и того паренька, третий труп и первое существо... Думаю, я хорошо справился. В конце концов, я просто был рад тому, что теперь не один и вокруг есть хоть какие-то живые существа. Ну, знаешь... Не выдуманные мной живые существа.
Снова глубокий вдох и выдох. Слова стали идти быстрее, может потому, что это уже было не так давно и отпечаталось в памяти лучше.
- Я ни с кем толком не сошелся. Для кого-то я был слишком спокойным, для кого-то - слишком равнодушным. Кому-то не нравилось, что я слежу за ними и случайно пугаю. Иногда я мстил и это тоже не всем нравилось. Я помню, мне устраивал черную. Когда ночью тебя закрывают одеялом и бьют, а ты ничего не понимаешь, и страшно, и больно... Первые три раза. Потом привыкаешь как-то. Я привык к боли, к побоям, к ударам, к оскорблениям... Они говорили, что у меня нет ни цели, ни мечты, ни желаний - ничего. И мне не за чем тогда жить, и меня можно убить и никто не будет жалеть. Это было правдой, я никогда не обижался... Люди видели правду и люди видели во мне то, что их бесило в себе. Слабости, страхи... Их желание исправить чаще всего выражалось в синяках. Так прошли шесть лет - в страхе, в спокойствии, в мыслях о смерти и в равнодушии к себе и к другим.
Он облизнул губы. Сердце забилось чаще.
- Пока я не встретил тебя. Я думал... Думал, тебе будет наплевать на меня, как некоторым. Это было бы здорово, на самом деле, как я тогда думал. Но ты начал... Заботится. Опекать. Защищать. Как ребенка. И я чувствовал себя как ребенок... Как двенадцатилетний ребенок, которого спасли из его пустой квартиры. У которого снова появился человек, готовый заботится и защищать.
Голос чуть дрогнул, а в глазах защипало на пару мгновений.
- Я влюбился в тебя. Это было нелепо, глупо, но я чувствовал огромную благодарность и желание сделать то же, что сделал ты. Помогать, защищать, быть всегда рядом... И просто потому, что мне было приятно с тобой, было тепло... Ты наверное замечал, что я странно себя вел первое время... Первый год, наверное. Но извини, я был влюблен и это было глупо. Но и прекрасно одновременно.
Кевин провел ладонями по лицу, словно умывая его.
- А потом ты уехал на четыре дня. Помнишь? Я не находил себе места. Просыпался с мыслью о том, жив ли ты и что происходит. Часто думал об этом, очень часто. И тогда я понял, что все когда-то закончится. Ты уйдешь. Будешь жить сам, найдешь семью, все такое... Мы расстанемся однажды. Навсегда. Не сможем жить, как сейчас. И тогда... Стало легче. Да, было больно, но было и легко... Я просто понял, что хочу, чтобы дорогой мне человек обрел счастливую жизнь. Выжил, нашел любимого, завел детей и дом на берегу моря, вся эта фигня. И тогда я... Я тоже буду счастлив. Такое простое счастье...
Он выдохнул и впервые за весь рассказ повернул голову на Алека.
- И до сих пор я чувствую то же. Я хочу помочь тебе стать счастливым, обрести мирную жизнь, любую жизнь, о которой ты мечтаешь. Поэтому я буду с тобой, братик. Я буду рядом и буду помогать, что бы ты ни задумал. И я не выйду из игры... Пока в эту играет тот, кто дорог мне больше всего на свете. Больше собственной жизни.
Он замолчал. Впервые за всю жизнь он рассказал кому-то о своем прошлом. О своих чувствах, о мыслях. Впервые сам сформулировал это вслух. И сделал это перед тем, перед кем нужно было. Перед братом. Перед человеком, который всегда был рядом.

[icon]http://s5.uploads.ru/a72LO.jpg[/icon][nick]Kevin Lightwood[/nick][status]Deep deep hole in my chest[/status]

+1

5

Алек резко ударил по тормозам, заслужив отборный мат водителей и возмущенные сигналы автомобилей. Посмотрел на Кевина и завел двигатель, медленно отъезжая на обочину, чтобы не мешать движению. Если б он курил или пил, то обязательно бы закурил. Или выпил. Лайтвуд приоткрыл окошко, вдыхая воздух, не такой уж и чистый. Но зато прохладный. И на том спасибо.
— Кевин, ты путал влюбленность с обычной благодарностью. Такое бывает. Когда в жизни не испытывал…ммм…заботы или внимания от чужих людей. Волноваться за близкого человека — неважно, друга, брата, свата, — это нормально и естественно. Это человеческие чувства, которые возникают сами по себе, независимо от желания, — он потер ладони о колени, пытаясь сложить все по полочкам в голове. Ему в детстве было намного проще из-за того, что рядом всегда находилась Изабель. Они всегда поддерживали друг друга, доверяли, защищали, оберегали. Несмотря на отстраненные и прохладные отношения с родителями, они у них были, кормили, одевали, воспитывали. Забота проявлялась в таких обыкновенных вещах.
— Обрекая себя на жизнь ради счастья другого, ты рискуешь получить обратный эффект. Ты стал частью моей семьи, войдя сначала в дом Лайтвудов, а затем прикрывая мне спину и спину моей сестры. Это не значит, что ты обязан всю свою жизнь отдавать во имя цели, которая вовсе не цель. Счастье Изабель и твое для меня также важно, как и для вас моя жизнь. Ты думаешь, что принеся себя в жертву в каком-то смысле, я буду чувствовать себя счастливым, осознавая часть цены, которую пришлось заплатить? Ты шутишь, что ли?
Алек уронил ладони на руль, нечаянно нажав на сигнал и вздрогнув на раздавшийся звук.
— Так не пойдет. Помогать мне, не разделяя при этом моих же взглядов на жизнь, это все равно, что обманывать меня. Ты обманываешь меня. Даже не себя. Делаешь против своей воли и желания это делать, игнорируя задачи и последствия их решений. Конечная цель это не…. Кевин, далеко не любые средства хороши для достижения цели. Так я считаю. Я не позволю тебе гробить жизнь и рисковать ради моих желаний. Потому что хочу, чтобы ты был счастлив. Пусть, это счастье разное для нас, это не значит, что оно разделит нас окончательно. Ты должен жить в ладах со своей совестью и убеждениями, а не так, как того велит кто-то там. Я или Роберт Лайтвуд. ТЫ сам хозяин своей жизни и никто за тебя выбор не сделает. А я не желаю, чтобы он исходил из того, что ты сказал. Ты только делаешь…больнее. Потому что твои действия автоматически получаются неискренними, Кевин. А это одно из качеств, которое я ценю. Искренность. Сочувствие. Сострадание.
Он вздохнул и откинулся на спинку кресла, которое скрипнуло под весом.
— Делая то, что тебе не по душе и идет вразрез с твоими убеждениями, в конечном итоге приведет к тому, что вся твоя жизнь будет соткана из лжи. А я… — он вдруг улыбнулся, качнув головой, — Я был бы счастлив увидеть тебя с семьей, твоей собственной, в которой ты бы не допустил того, что произошло с тобой. Видеть родных и близких счастливыми это одна из лучших наград и причин бороться за изменения в настоящем ради будущего.
[icon]http://s2.uploads.ru/QMhv9.png[/icon][nick]Alec Lightwood[/nick][status]We can feel so far from so close[/status]

+1

6

Они остановились так резко, что от удара носом по приборной панели Кевина спасла лишь подставленная машинально рука. Сзади возмущенно засигналили автомобили, но Алек явно думал не об этом. Если вообще думал о чем-либо. Взгляд его казался пустым.
- "Зачем сказал? Надо было молчать! Молчать и все было бы хорошо... Ведь было. Зачем открыл рот?"- в голове словно взбушевало море. Паническое желание вернуть все назад, как только попробовал что-то пугающе новое. Отмотать время, стереть память. Что мешало ему молчать об этом всю жизнь? И все были бы счастливы.
Но сейчас этого уже не изменишь, поэтому оставалось только молчать. Молчать, уткнувшись взглядом в собственные ладони. И слушать. Потому что помимо умения говорить нужно еще и уметь слушать. И слышать тоже.
Все время, пока Алек говорил, Кевин молчал, лишь изредка сцепляя и расцепляя пальцы. Да, чего он ожидал? Что его поймут? Нет, конечно нет... Но все же легкость после признания все еще оставалась внутри.
- А что если... Если жизнь не так важна?.. Жизнь всего лишь время... Время можно тратить с пользой, а можно пропустить мимо себя, братик. Меня в детстве учили, что своя жизнь не так важна, как идеи... Информация... Общее дело. Что можно рискнуть и отдать ее, если от этого будет кому-нибудь польза. Если кто-то выживет, кто-то спасется, кто-то передаст нечто важное,- он говорил тихо, все также глядя на руки. Алек ценил его, больше чем он сам. Наверное, это забавно. Ведь Кевин также ценил Алека сильнее, чем себя. Такая странная перекрестная цепь, которую нельзя распутать. Можно только разрубить звенья.
- Иногда я правда делал что-то против своей воли... Нет, не так. Против привычки. У меня не было убеждений, чтобы что-то шло вразрез с ними, не было желаний, чтобы их подавлять, не было целей, которые можно было сбивать. Нельзя обмануть то, чего нет, Алек. Это не ложь... Это адаптация...- он тяжело вздохнул и закрыл лицо ладонями, опираясь локтями на колени. Не хотелось никого видеть. Хотелось просто исчезнуть, запереться в маленькой комнате и не выходить оттуда. В пустоте, в одиночестве, как и раньше. Пусть страшно, но зато... Искренне? Только в пустоте видно его, такого же пустого внутри.
Он молчал несколько секунд. Нечего было сказать. Алек был прав, но прав в своем мире, в своей морали. В мире, где у людей есть цели и какие-то убеждения, на которые можно опираться. В мире, где все не так сильно гиперболизируют чувства. В каком-то очень хорошем мире, к которому можно лишь прикоснуться, но не попасть внутрь.
- Я мог бы сказать... Что все хорошо. Что так и есть. Я мог бы сейчас притворится и все было бы как прежде, потому что я ужасно хочу, чтобы так и было. Я мог бы даже притворятся счастливым до конца жизни... Потому что это бы сделало счастливым тебя... Но это не искренность, да? Если искренне... Не знаю. Мне хорошо сейчас, как мы живем. Я бы хотел оставить так, как есть, потому что так мне все понятно. Ты хочешь чего-то - значит надо сделать так, чтобы это случилось. Ты помогаешь кому-то - значит надо им помогать. Потому что у тебя есть цель и ты стремишься к ней, и машинально цель есть и у меня,- он горько усмехнулся. Какой-то странный вид морального паразитизма. Держаться рядом, чтобы не снесло в этом море жизни, забыв о том, что можно и самому научится плавать.- Я не уверен, что мне нужна семья. Не уверен, что мне нужно счастье. Мне и так хорошо. Я знаю, ты скажешь, что семья нужна всем, и счастье тоже всем нужно... И я могу притворится, что это так. А сам я не знаю. Я ничего в этой жизни не знаю... И мне на все плевать.
Долго выдохнул, убирая руки от лица и поворачиваясь на брата. Попробовал улыбнуться, но уголки губ нервно дернулись и опустились обратно.
- Кроме тебя. Ты как свет в темноте... Ты, Иззи, Форест... Можно вечно стоять у света и не уходить, а можно рискнуть. Но риск приводит к боли, к смерти, к тому, что свет может погаснуть навсегда. А рядом с ним... Хорошо. Пусть это и значит не двигаться с мертвой точки...
Он отвернулся к стеклу и уткнулся в него лбом, чувствуя холод на коже.
- Мне хорошо рядом с тобой. И я люблю тебя. Это все, что я знаю. И я не против помочь тебе стать счастливым. А потом... Просто жить. Зная, что все хорошо.

[icon]http://s5.uploads.ru/a72LO.jpg[/icon][nick]Kevin Lightwood[/nick][status]Deep deep hole in my chest[/status]

+1

7

Алек повернулся к нему, облокотившись одной рукой о руль. Будто бы Кевин отворачивался от него. Ему просто хотелось его видеть, когда тот говорит.
— Вот и все. Значит ты хочешь просто жить. Причем тут адаптация? — он потер глаза, шумно выдыхая и собирая мысли в одну кучу, которая так и ползла во все стороны, не собираясь становиться единым целым.
— Ты сейчас сам сказал, что не уверен, что тебе нужна своя семья. Это и есть выбор, Кевин. Если тебя устраивает быть одному, то меня это будет устраивать, хоть я и буду надеяться, что в жизни у тебя появится человек, который станет тебе небезразличен в более…личном плане. Счастье и благополучие которого тебе станет также дорого, как и членов твоей семьи.
Скрывать что-то уже не было смысла. А может, момент для этого наступил только сегодня? Ведь Розери никогда не задавал лишних вопросов.
— У меня появился такой…ммм…человек. Или не совсем человек. Это неважно, в общем-то. После вступления в Братство мир стал увеличиваться до ужасающих размеров, но мне это нравится. Нравится узнавать что-то новое о жизнях других. О жизнях существ, Кевин. Тех, кто помогает другим. Не так, как это делаем мы и наша семья. Мой мир переворачивается с ног на голову, — он хмыкнул как-то горько, — Я даже не успеваю следить за событиями и кажется, что это происходит не со мной. Но так оно и есть. А вдруг я тебе такой вот стану противен? Я нарушаю все правила семьи, Кевин. Все, чему тебя учили. Тебя учили выживать и видеть врагов. А я учусь видеть не только плохое. И ты учишься. Но нужно ли это тебе? Ты себя спрашивал хоть когда-нибудь? Почему ты убиваешь существ? Убийство по твоему мнению это тоже адаптация? Или это побочный эффект того, что тебе говорят делать? Тогда ты спихиваешь ответственность за свою жизнь на других. Более того, и за чужую жизнь тоже. А ведь они могли жить и принести много нового в этот мир, не желая никому зла....
[icon]http://s2.uploads.ru/QMhv9.png[/icon][nick]Alec Lightwood[/nick][status]We can feel so far from so close[/status]

+1

8

Кевин остался сидеть на месте, не поворачиваясь. Он, конечно, мог бы, но сейчас поддерживать зрительный контакт казалось невероятно сложным. Глаза будто сами собой утыкались в пол, в колени, в собственные ладони... Ему было стыдно смотреть на брата?.. Как на родителей, когда провинился в чем-то и ждешь наказания. Да, чем-то очень схожее чувство. Даже смешно немного...
Когда Алек сказал про чуть-более-близкого-чем-семья человека (или не-человека), на душе стало как-то... Грустно. Горько. И одновременно с этим противно от самого себя. Вполне ожидаемо, что у Алека появился бы кто-то, с кем он решил бы построить семью. Свою семью, нормальную семью, может даже с детьми. Семью без странностей, с яблочными пирогами по утрам воскресения и походами в парк. Вон, почти как у Феникса с его мужем.
Но все равно внутри было как-то странно. Будто... Но нет. Алек ничего не обещал ему. А, значит, и не должен. И может поступать так, как захочет сам, как подскажет ему сердце или чувство логики и здравомыслия.
- Ты никогда... Никогда не будешь мне противен, братик.
Наверное, он бы даже не смог заставить себя начать относится к Алеку негативно. Если нарушает, значит так надо. Если убивает, то было за что. Любовь слепа, но что поделать... Кевин пытался относится к этому с точки зрения логики. Понимать, что не бывает идеальных людей, а значит и Алек тоже не идеален.
Но потом это щемящее чувство, когда следишь в прицел за братом, чтобы с ним ничего не случилось. Приятное тепло, когда просто проводишь время вместе, пусть это что-то серьезное или нет. Глупая улыбка, расползающаяся на лице от каждого тактильного проявления чувств. Желание защитить, пусть ценой жизни, но защитить. И все мысли рассыпались, будто тонкие осколки стекла.
Наверное, это пройдет... Когда-нибудь... В другой его жизни.
- Убийство это лишь способ. Способ защиты, способ самозащиты... Иногда способ справиться с тем, с чем нельзя справиться другими методами,- конечно, разговоры за жизнь и про несчастную судьбу это хорошо, но сложно это делать, если сидишь на дереве, отмахиваясь ногой от стаи баргестов. Или та же история с игрушкой-Мамой... Иногда слово лучше подкрепить чем-то весомым.
- Я убиваю потому... Потому, что мне говорят,- Кевин не стал отрицать. Да, это так, он лишь слушает приказ и выполняет его. Это плохо, судя по интонации брата. Но ведь благодаря тем же приказам он может и не убивать... Двоякая ситуация. Но так ведь учили. Сложно по щелчку пальцев перестать делать так, как учили. Особенно если нет личной инициативы.
- Есть, конечно, хорошие, братик... Те, кто просто живут. Я знаю, они никого не трогают и, наверное, не заслуживают смерти,- парень пожал плечами и мельком бросил взгляд на Алека.- Но есть и плохие ведь. Те, кто убивают, жрут, похищают, насилуют... Как ты поймешь, кто из них кто?..
Кевин помолчал пару секунд. Ему тоже было сложно судить в такой черно-белой шкале, ведь для него все существа были словно бы серыми. Нейтральными, существующими где-то там и его не трогающими. И "окрашивались" в цвета лишь после личного взаимодействия.
- И разве существа не делают также, как мы?.. Они ведь боятся нас всех, считают монстрами, убийцами и растлителями. Также нападают, как делают Охотники...- тяжелый вздох.- Береги себя. Здорово, что твой мир стал большим и... Ты узнал кого-то... Того парня, которого упоминал Феникс, да? Д... Дунфан... Как-то так?.. Просто не забывай, что в мире есть и плохие. А есть и те, кто просто боятся и нападают первыми, не зная о том, как ценна твоя жизнь и как много нового ты мог принести в этот мир, не желая никому зла...
Закончил буквально его же словами. И все-таки нашел в себе силы повернуться на брата, поднимая глаза. Осторожно протянул руку и сжал чужое запястье, свободно свисающее с руля. Боже, как бы он хотел передать всю свою тревогу за брата через простое касание. Боязнь потерять, боязнь не защитить. Сосущее чувство, которое иногда будило его посреди ночи, потому что до сих пор Кевин боялся, что все это лишь долгий сон, который приснился ему.
- Я всегда буду с тобой...

[icon]http://s5.uploads.ru/a72LO.jpg[/icon][nick]Kevin Lightwood[/nick][status]Deep deep hole in my chest[/status]

+1

9

Алек горько рассмеялся. Убивают, потому что говорят. Это уже и не смешно как-то. Он никак не отреагировал на прикосновение, понимая, что сейчас будто разговаривать с чужим человеком. Которого никогда не знал и не видел. Или не хотел видеть.
— Кевин, твоя семья — это семья охотников. ТЫ прекрасно знаешь, чем занимаются семьи охотников. Когда ты пришел к нам, ты был еще ребенком, а сейчас ты уже взрослый и сам справе выбирать, чем тебе заняться. Ты больше не беспомощен, тебе не нужна помощь взрослых. Ты можешь обеспечить себя крышей над головой самостоятельно, и это нормально. НОРМАЛЬНО, понимаешь? Ответственность за твою жизнь сейчас целиком и полностью находится на тебе. И если тебе нравится убивать без разбора — это твой выбор, а не чей-то приказ, — он пожал плечами, хотя самому было больно осознавать, что человек, готовый отдать жизнь ради другого, не понимает ценности жизни таких же живых существ. Ведь они тоже для кого-то близкие и самые любимые и родные. Лайтвуд не стал объяснять этого брату. Должен уже сам понимать.
— Они считают нас всех монстрами потому, что никто их не щадил. Никогда. Изменить историю и уклад десятков поколений за один день…даже год невозможно. Но это не значит, что не стоит и начинать. Я делаю так, как велит мне моя совесть и сострадание. Есть такое чувство, Кевин. Сострадание. Благодаря которому Изабель также защищала тебя от ребят. А теперь скажи мне, чем ты лучше их, считая, что смерть другого это просто задание? — Алек запустил пальцы в волосы и понимая, что это бессмысленный спор. Кевину никогда не понять.
— Чем я лучше существ, когда мечи придут перегрызть мне глотку? Скажи? Это для них тоже приказ. По твоему, у них есть оправдание, что это просто приказ? Ты как себе это представляешь? Ты не будешь со мной всегда. Сам это прекрасно знаешь. Меня могут убить по пути домой, а ты и знать не будешь. Это жизнь, Кевин, так что я жду, когда ты начнешь в ней определяться, а не слепо идти туда, куда скажут. Вот скажи, почему ты отказался от участия в разговоре с Солвейг? Это твоя инициатива. Это твой выбор и заставлять тебя никто не будет. Только не надо потом говорить, что ты ждешь только приказов, потому что их нет. По крайней мере, с моей стороны. Ты волен делать, что хочешь.
[icon]http://s2.uploads.ru/QMhv9.png[/icon][nick]Alec Lightwood[/nick][status]We can feel so far from so close[/status]

+1

10

Касание обычно всегда сопровождалось теплом, но сейчас было холодно. Несмотря на то, что сердце билось чаще, пальцы были ледяными. Как будто при смерти. Когда еще какая-то часть тела борется за жизнь, но все остальные уже смирились с тем, что придется умереть.
Сострадание. Библейская черта характера всех хороших людей, которые должны терпеть, если им плохо, и помогать другим спасаться от подобного зла. В Алеке было много этого сострадания, светлого и наверное хорошего чувства. Было ли оно в Кевине?.. Вряд ли. Он никогда не примирял боль чужих на себя, чтобы понять, насколько им больно. Он отгораживался и от собственной боли, прячась от нее, закрываясь, представляя, что она принадлежит чужому телу и чужому сознанию. Сколько понадобится времени, чтобы научится? И успеет ли пройти это время или он умрет раньше, просто потому что. Потому что делал в своей жизни то, за что заслуживал бы смерти.
- Для них нет оправдания...- пробормотал уже тише. Он знал, к чему клонит брат. Нет оправдания таким убийствам - значит нет оправдания и убийствам существ. Ведь они похожи на них, не такие, но похожи. И как бы одно и то же. И аргумент с тем, что Кевину дорог Алек, а остальные нет, тоже не сработает. Они убивали семьи, убивали родственников. Те кричали, плакали, умирали внутри еще до того, как их поразит пуля, ведь рядом погиб тот, кто дорог был им. А значит они снова похожи.
- Я не пошел... Не хотел идти,- все же они уже решили, что идти придется всем, ведь так будет более вежливо. Если опустить момент со слежкой из их списка вежливых вещей, направленных на ту медсестру,- потому что я плохо общаюсь с существами. И не хочу... Не хочу извинятся, как требует она. Она вообще меня раздражает...
Кевин сел ровно, шумно выдыхая и глядя в лобовое стекло перед собой. Постепенно становилось темнее, через волны сумерек накатывала настоящая тьма. Скоро загорятся фонари. Интересно, как скоро их хватятся?..
Он посмотрел на собственные ладони, сгибая и разгибая пальцы. Длинные, сильные пальцы, какие некогда были и у отца. Руки убийцы, все в метафорической крови. А что он умеет делать, кроме убийств?..
- Нам надо ехать дальше... В магазин,- фраза, выбивающаяся из контекста полностью. Как в старых фильмах, где между женой и мужем может идти ссора ни на жизнь, а на смерть, но посреди криков и обвинений кто-то все равно спокойно напомнит второму пойти и посолить суп. Потому что ссора это одно, а жить-то дальше придется вместе.
Или он просто хотел уйти от этого разговора?.. Пусть это и было слегка глупо, ведь они едут на одной машине.
- Если я волен выбирать, то... Пока я не хочу менять все. Мне нравится быть с тобой, нравится что-то делать. Нравится жить вместе в доме твоей семьи. И нам все равно придется ходить на Охоту, потому что иначе нас в чем-то заподозрят. Как бы несправедливо и неприятно это не было... И если ты правда говоришь, что я могу выбрать что угодно, то... То я выбираю все оставить на месте. Пока что. На какое-то время. А дальше... А дальше думать рано.
"В конце концов, может быть завтра я уже буду мертв" - додумал про себя, но вслух так и не сказал.

[icon]http://s5.uploads.ru/a72LO.jpg[/icon][nick]Kevin Lightwood[/nick][status]Deep deep hole in my chest[/status]

0


Вы здесь » Special Forces » 2000-2020... » Break me down and build me up